Сю Ли бормотала себе под нос, вращая в руках золотой «ключ». На первый взгляд он совсем не походил на ключ и состоял из нескольких звеньев; его можно было сложить так, что он умещался в ладони, но во время игры с ним из самых неожиданных мест могли выдвинуться новые части, поэтому определить его истинный размер было невозможно. Устройство было таково, что, если кончик ключа не совпадал с замочной скважиной, перейти к следующему звену не получалось. Чтобы полностью вставить ключ в замок, требовались сложные манипуляции. Сю Ли изучала его довольно долго и сумела раскрыть несколько звеньев, однако без знания того, какое именно звено должно быть первым, подобрать верную комбинацию самостоятельно было почти невозможно.
— У этого ключа очень любопытная форма и устройство, верно? К тому же он совсем не похож на обычный ключ. Говорят, это шедевр, созданный покойным знаменитым мастером. Поскольку место здесь особенное, ключ намеренно спроектировали так, чтобы даже в руках злоумышленника он остался бесполезной вещицей… Однако работа настолько точна, что его до сих пор не могут скопировать, а сам мастер ушёл из жизни, так и не раскрыв секрета изготовления.
Шилан Цзинь, неся большую охапку разобранных свитков, подошёл с другого конца комнаты, и Сю Ли поспешно поднялась.
— Ах, будь добра, заткни этот ключ мне за пояс. Сегодня я планирую пораньше заняться учётом сокровищ. Сяо Сю, ты и Янь Цин будете сопровождать меня в качестве охраны.
— Слушаюсь. И всё же, сколько бы я ни бывала в сокровищнице, она всякий раз поражает воображение своим великолепием.
Министерство финансов, Хубу, также отвечало за управление сокровищницей. В зависимости от места, Сю Ли и Янь Цин ежедневно исполняли обязанности охранников, сопровождая шилана Цзинь.
На самом деле от Сю Ли в качестве охраны проку было мало, просто шилан Цзинь понимал, насколько она любопытна, и специально брал её с собой. Они ходили туда-сюда уже больше десяти дней, но так и не осмотрели все ценности — настолько поразительным было это место. Казалось, это был совершенно иной мир, бесконечно далекий от семи повседневных забот: дров, риса, масла, соли, соевого соуса, уксуса и чая.
— Кстати, Сяо Сю, какое же заклинание ты применила?
Помогая Сю Ли разбирать свитки, шилан Цзинь с удивлением и радостью спросил:
— Дажэнь согласился ежедневно прерываться на чай! Я работаю с ним уже десять лет, и такое случилось впервые. Для меня это стало словно гром среди ясного неба, совершенно неожиданно!
Шилану Цзинь было уже под сорок, но благодаря его непринуждённости возраст совершенно не чувствовался. А вот отец Сю Ли, Шао Кэ, хотя и был порой медлительным и часто витал в облаках, являл собой классический пример человека степенного.
— Э-э… Ну… Я и сама не знаю?.. Я видела, что дажэнь так устал, что уснул, поэтому просто посоветовала ему не перетруждаться. Возможно, он и сам решил, что ему действительно нужно больше отдыхать.
Всё верно, на следующий день после грозы Сю Ли, трепеща от страха, попыталась дать совет Хуан-шаншу.
— Если шаншу-дажэнь сляжет от болезни, это обернётся лишь потерями. Не мог бы дажэнь по возможности выделять немного времени на отдых?
Вид вечно энергичного начальника, спящего от изнеможения, произвёл на Сю Ли сильное впечатление. Должно быть, за долгое время у него накопилась огромная усталость. Если бы он отдыхал хотя бы тридцать минут в день, ситуация наверняка бы улучшилась.
Она ожидала отказа, но, к её удивлению, Хуан-шаншу кивнул и согласился выпивать по чашке чая в день, делая короткий перерыв.
К слову, Хуан-шаншу не снимал маску даже во время чаепития. Только тогда Сю Ли поняла, что часть маски в области рта может свободно открываться и закрываться… Как же всё-таки устроена эта маска?
— Дажэнь… уснул от усталости?
— Да, прямо там, на кушетке.
Шилан Цзинь на мгновение задумался, подперев подбородок рукой, а затем взглянул на Сю Ли.
— Сяо Сю, а что ты делала в это время?
Сю Ли вздрогнула и поспешно отвела глаза.
— Э-э, н-н-н-ничего особенного.
Однако под пристальным взглядом шилана Цзинь честная Сю Ли была вынуждена сдаться.
— Ну… я… я тайком потрогала… волосы дажэня.
Этот ответ явно оказался неожиданным для шилана Цзинь, он широко раскрыл глаза.
— Тайком потрогала волосы?
— П-потому что волосы дажэня выглядели такими гладкими и шелковистыми, вот я и… прикоснулась разок.
Услышав это, шилан Цзинь рассмеялся. Сю Ли впервые видела, чтобы он так хохотал, и совершенно не понимала причины. «Я что, сказала что-то смешное?»
— Э-э, послушайте…
— П-прости… Ох… Вот оно что.
Всё ещё улыбаясь, шилан Цзинь мягко посмотрел на Сю Ли.
— Сяо Сю, неужели тебе не пришло в голову воспользоваться тем, что дажэнь спит, и заглянуть под маску, чтобы увидеть его истинное лицо?
— А? Я бы никогда так не поступила!
Он надел маску из-за того, что когда-то был отвергнут женщиной из-за своей внешности, и носил её уже десять лет. До сих пор даже чиновники при дворе хранили молчание об этом деле, что говорило о глубине его душевной раны. Если подумать, скрывать своё лицо от всех в течение десяти лет — для этого требовалась твердость воли, недоступная обычному человеку.
— Меня учили, что нельзя принуждать людей к тому, чего они не хотят. Раз Хуан-шаншу-дажэнь так усердно скрывает лицо, я ни за что не буду настолько дурно воспитана, чтобы намеренно лезть в чужие тайны.
Сю Ли решительно сжала кулачки, а шилан Цзинь одарил её доброй улыбкой.
— К тому же для мужчины главное — не лицо! А его способность зарабатывать!!
— Ох, Сяо Сю, твои критерии поистине суровы.
— Ах, но мне всё же любопытно… Цзинь-дажэнь, а вы видели лицо Хуан-шаншу-дажэня?
При этом вопросе взгляд шилана Цзинь неловко заметался.
— А? Э-э… Ну… это ведь не так важно, верно?
Заметив это, Сю Ли невольно отвернулась и слегка промокнула уголки глаз краем рукава.
«…Бедный Хуан-шаншу-дажэнь… Даже всегда мягкий и приветливый Цзинь-дажэнь упорно молчит о вашей внешности…»
— Впрочем, теперь я наконец понял причину, по которой дажэнь в последнее время пребывает в прекрасном расположении духа.
— А?
— Ты ему очень приглянулась. Работаешь аккуратно, старательно, не жалуешься на трудности и к тому же очень послушная. Стоит поблагодарить Ли-шилан-дажэня за то, что порекомендовал тебя.
— П-приглянулась? Я приглянулась Хуан-шаншу-дажэню?
— Да! Множество мелких дел ты успеваешь закончить ещё до того, как мы дадим указания. В тушечнице всегда полно туши, кисти для мелкого письма вовремя заменены, бумага никогда не заканчивается, корзина для бумажных обрезков всегда вычищена, а в кабинете ни пылинки. Дажэнь не говорит об этом вслух, но в душе он наверняка очень доволен тобой. Разумеется, я тоже.
— Ах, спасибо!
Для Сю Ли, которая долгое время подрабатывала в разных местах, подобные дела были само собой разумеющимися. Если ждать, пока тебе прикажут, на тебя тут же навесят ярлык неспособного работника и уволят.
— И что самое важное, ты не опускаешь руки, когда тебя ругают, а просто стараешься исправиться в следующий раз. К тому же сейчас дажэнь почти не гневается. Жаль, что ты здесь только на подработке.
Сю Ли застенчиво почесала щеку, ей было очень приятно слышать похвалу.
— Хи-хи… Благодарю за добрые слова, дажэнь. Вы мне тоже очень нравитесь, Цзинь-дажэнь.
Затем она взобралась на лестницу, чтобы разобрать свитки на книжном шкафу.
— Но если дажэнь носит маску, как вы, Цзинь-дажэнь, понимаете, хорошее у него настроение или плохое?
— Достаточно посмотреть, какую маску он надел в этот день, и всё станет ясно! Ох, осторожнее там.
— …Э-э?
— Ой? Ты разве не знала?
«Какая поразительная наблюдательность. Должно быть, именно поэтому он и может так долго ладить с этим Хуан-шаншу». Поражённая до глубины души, Сю Ли, казалось, осознала самую суть того, что значит быть заместителем; это можно было назвать почти сверхспособностью.
Внезапно раздался треск. Правая нога Сю Ли соскользнула, её тело качнулось и завалилось назад, а перед глазами промелькнул искусно расписанный потолок.
«Ой-ой-ой! ————————!?»
«Я падаю!» — когда Сю Ли крепко зажмурилась, её подхватила чья-то сильная рука.
«А? ——————»
Сю Ли робко повернула голову. Перед её глазами была знакомая маска. Хотя она уже давно привыкла к ней, внезапное появление маски так близко всё равно заставило её сердце подпрыгнуть.
— О… о-о-ах… Хуан-шаншу-дажэнь! Про… простите, простите! Спасибо, огромное вам спасибо!
— …Слишком опасно, будь осторожнее.
Он удерживал Сю Ли одной рукой и при этом даже не шелохнулся. Неужели шаншу-дажэнь — мастер боевых искусств? Сю Ли тут же занесла это новое открытие в свой «Словарь Хуан-шаншу». Тем временем Хуан-шаншу всё так же одной рукой осторожно поставил Сю Ли на землю и принялся осматривать сломанную лестницу.
— Её слишком часто использовали, гвозди погнулись. Немедленно позовите Янь Цина, пусть починит.
— Ой-ой-ой! Уже сломалась? Я опоздал всего на шаг.
Услышав этот беззаботный голос, все обернулись. К ним шёл Янь Цин, неся в руках целый набор плотницких инструментов.
— Сяо… Сю, ты упала? Прости-прости, ты не ушиблась?
Янь Цин обычно отвечал за физический труд, и никто не ожидал, что он может быть настолько внимательным. Хуан-шаншу подошёл к Цзинь-шилану и прямо сообщил о серьёзности положения.
— …Юйли, Гао Тянькай и Би Сунши слегли.
— Что?! Даже… даже эти двое дажэнь?! Ка… как же так?!
С громким шорохом официальные бумаги из рук Цзинь-шилана рассыпались по полу, а его лицо в мгновение ока стало мертвенно-бледным.
Сю Ли и Янь Цин, чинившие сломанную лестницу, переглянулись.
— Ого… неужели и эти двое тоже слегли?
— Оба дажэнь уже в преклонном возрасте. Однако если так пойдёт и дальше…
— Да… из чиновников по гражданским делам остались только мы двое…
Хотя из других ведомств и прислали людей на подмогу, нельзя было поручать надзор за Министерством налогов дилетантам. Нагрузка на высшее руководство от этого не уменьшилась, и в течение последних нескольких дней чиновники продолжали один за другим падать от изнеможения. В итоге среди руководителей ведомства остались лишь Хуан-шаншу и Цзинь-шилан. Министерство налогов оказалось в безвыходном положении.
— Коллеги, которые заболели раньше, должны уже поправиться и скоро вернутся к работе. К тому же лето заканчивается, потерпите ещё пять-шесть дней.
Из-за маски по-прежнему нельзя было разобрать выражения его лица, но в голосе Хуан-шаншу невольно проскользнула усталость.
— Эм, извините!
Когда Хуан-шаншу обернулся, Сю Ли на мгновение замешкалась, не зная, стоит ли это говорить, но в конце концов решилась:
— Мы… мы будем стараться! Мы сделаем всё возможное, чтобы помочь! Правда же, Янь Цин?
— А? Ну да, конечно! Если мы можем чем-то помочь.
Янь Цин, мерно постукивая молотком по гвоздям, небрежно кивнул в знак согласия. Шаншу в маске, словно его осенило, подошёл к Сю Ли и погладил её по голове. От этого редкого зрелища у Цзинь-шилана округлились глаза.
— …Кстати, Янь Цин.
— Да, дажэнь. Будут распоряжения?
— С сегодняшнего дня ты по совместительству назначаешься чиновником по гражданским делам в Министерстве налогов. Примешь работу Гао Тянькая и Би Сунши. Вот официальная печать, кисть и тушечница. Дела сложены на том столе, немедленно приступай. Если что-то будет непонятно — спрашивай. Ах да, чуть позже я выпишу тебе приказ о назначении.
— …А?
Стук молотка смолк. Сю Ли тоже лишилась дара речи. Кажется, только что она услышала нечто поистине пугающее.
— Разве ты не говорил, что сделаешь всё возможное, если сможешь помочь?
— Ну… я так и сказал, но это всё же чересчур.
— Я… аб-со-лют-но… у-ве-рен… что… у… те-бя… всё… по-лу-чит-ся… Лан Яньцин.
С этими словами Хуан-шаншу протянул руку к шраму на левой щеке Янь Цина. Тот слегка уклонился, избегая прикосновения, а затем, осознав свою реакцию, невольно изобразил на лице сожаление.
— …Понял, я сделаю это. Но если что-то пойдёт не так, я ответственности не несу.
Сю Ли была поражена.
— Э-э, Хуан-шаншу-дажэнь, подождите минуту! Вы правда думаете, что всё будет в порядке? Поручить такую важную работу этому бородачу…
— При чём тут вообще борода?!
Янь Цин возмутился, поглаживая бороду и одновременно постукивая по починенной лестнице.
— Ты ведь не против, Юйли?
Похоже, вопрос Хуан-шаншу заставил Цзинь-шилана о чём-то догадаться, и он с улыбкой кивнул.
— …Не ожидал, что и Хуан-шаншу-дажэнь может действовать столь опрометчиво.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
