Присутствующие испытывали смешанные чувства. Его Высочество наследный принц вовсе не был таким бесчувственным, как гласили слухи, ведь на Минчжу он смотрел совершенно иначе. В его взгляде читалась едва уловимая нежность и завидная, доводящая до ревности жалость, он окружал её безграничной заботой.
Все полагали, что в будущем Его Высочество наследный принц возьмёт в жёны воспитанную дочь из знатной семьи.
Никто и представить не мог, что в конечном итоге ею окажется Минчжу, чьё происхождение считалось недостойным высокого общества.
Наследный принц любил нежных и хрупких красавиц, а ещё предпочитал тонкие талии.
Талию Минчжу можно было обхватить ладонями, она была тонкой и мягкой, а стан и облик девушки и впрямь были выше всяких похвал.
Сколько бы недовольства ни таили в себе другие женщины, им приходилось признать, что вся удача и таланты Минчжу отразились на её лице.
Когда они вернулись в комнату, стало немного прохладнее.
Лицо Минчжу покрылось испариной, а щёки раскраснелись, словно спелые персики. Чжао Ши слегка сжал её подбородок и платком тщательно вытер выступившие капельки пота. Сладкий, густой аромат, исходивший от юной девы, коснулся его носа. Он не удержался, обхватил её затылок и поцеловал. Её губы были мягкими и сладкими. Мужчина наступал столь неистово, что почти не давал ей возможности перевести дух.
Насладившись вкусом, он медленно отстранился, успокоил дыхание и кончиком пальца осторожно стёр влажный след у её губ.
Минчжу не понравилось, что он придвинулся слишком близко. Нахмурившись, она оттолкнула его и недовольно проворчала:
— Смертная жара.
Чжао Ши не рассердился, когда она его оттолкнула. Напротив, он усмехнулся и велел служанкам принести в комнату побольше льда. Минчжу вовсе не было так уж жарко, её просто раздражало его присутствие.
Она уселась у окна, обмахиваясь веером и отвернувшись к саду.
Чжао Ши небрежно спросил:
— О чём вы сегодня болтали?
Минчжу припомнила события дня, и ей стало смешно. Она поджала уголки губ, и эта мимолётная улыбка выглядела очень сладостной. От этого веселья её глаза и брови словно ожили. Она ответила:
— Все они меня хвалили.
Чжао Ши это не удивило, и настроение его улучшилось.
Раньше у Минчжу редко выпадала возможность посещать пиры. Даже если её приглашали ради массовки, никто не удостаивал её прямым взглядом. Большинство делали вид, будто её не существует, не заговаривали с ней и уж тем более не произносили в её адрес добрых слов.
Лишь пренебрежение, презрение и насмешки.
— Они хвалили мою красоту, хвалили за доброту сердца, говорили, что завидуют мне, и твердили, что я рождена для жизни в блаженстве, — Минчжу не приняла эти слова близко к сердцу. Она повернулась и посмотрела на Чжао Ши: — На самом деле, разве я не знаю? Они готовы так хвалить меня сейчас вовсе не из-за большой симпатии ко мне, а из-за вас.
К тому же несколько человек просили её об услуге, замолвить за них словечко перед Чжао Ши.
Минчжу хоть и выглядела мягкой и податливой, теперь не позволяла собой помыкать. Она холодным тоном велела им самим говорить с Чжао Ши.
Они в нерешительности замолкали, лишь замечая, что просить наследного принца бесполезно.
В настоящее время единственным человеком, чьи слова имели вес перед Его Высочеством, была она.
Чжао Ши произнёс:
— Если они хвалят тебя, просто слушай.
В такие времена никто не посмел бы сказать ей ничего лишнего.
Минчжу показалось это ужасно скучным. Ей жилось несладко, и она не хотела, чтобы Чжао Ши чувствовал себя спокойно. Она подняла глаза и с полуулыбкой посмотрела на него:
— Сегодня я видела Гу-сяоцзе.
Чжао Ши на мгновение замер:
— Какую ещё Гу-сяоцзе?
Минчжу решила, что он притворяется:
— Как вы думаете?
Чжао Ши поначалу действительно не вспомнил, но спустя мгновение уточнил:
— Сестру Гу Вэньсюаня?
Минчжу хмыкнула. С тех пор как она поняла, что надежды покинуть его нет, она перестала сдерживать свой капризный нрав. Она стала острой на язык и порой могла довести его до белого каления:
— Ты всё ещё любишь её?
Лицо Чжао Ши помрачнело.
— С чего бы мне её любить?
Минчжу усмехнулась:
— Когда вы впервые встретились, разве вы уже не стали выделять её среди прочих?
Чжао Ши холодно бросил два слова:
— Нет.
Минчжу рассмеялась:
— С каких это пор Его Высочество наследный принц стал таким трусливым?
Даже в подобном не смеет признаться.
У Чжао Ши от гнева разболелась голова. Помолчав немного, он не стал ничего скрывать и прямо заявил:
— Тогда я стал выделять её среди прочих лишь потому, что мне показалось, будто она похожа на тебя.
Колкие слова, уже готовые сорваться с языка Минчжу, застряли в горле.
Она пришла в себя:
— И в чём же мы с Гу-сяоцзе похожи?
Чжао Ши потерся щекой о её щеку:
— На самом деле совсем не похожи. Просто тогда у меня в глазах затуманилось.
Минчжу замолчала.
Чжао Ши казалось, что в последнее время она немного округлилась, и это было хорошо. Когда она была слишком худой, обнимать её было больно. Хоть она и прибавила в весе, улыбалась она по-прежнему редко.
Чжао Ши вновь вспомнил, как после полудня она с улыбкой взирала на актёра, выступавшего на подмостках. Ему очень не нравилось, когда она смотрела таким взглядом на других мужчин, особенно на тех, кто был недурен собой.
Тот был статен и образован, в нём угадывались черты Вэй Чиюя.
От этого на душе у Чжао Ши стало как-то неспокойно.
За спиной у Минчжу он отдал распоряжение:
— Завтра смените театральную труппу. И после выступления запретите им смывать грим.
Управляющий Линь прекрасно знал, что Его Высочество наследный принц не потерпит и соринки в глазу, поэтому поспешил исполнить приказ.
Глубокой ночью Чжао Ши притянул Минчжу к себе на кровать. Поцелуи, обрушившиеся на неё подобно лавине, лишали её дыхания. Она выгнула свою тонкую шею, став похожей на прекрасную и хрупкую умирающую бабочку.
Чжао Ши лишь целовал её, не смея развязать одежду. Даже его пальцы лишь снова и снова поглаживали её спину, не решаясь опуститься в иные места. Он боялся, что её слёзы-жемчужины вновь прожгут рану в его сердце.
В конце концов Чжао Ши медленно разжал пальцы и молча укрыл её одеялом.
Он терпел много дней, но всё же спросил:
— Чжу-Чжу, как далеко вы зашли с Вэй Чиюем?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
