В пору смены весны и лета небо было ясным, а погода хорошей. Лёгкий ветерок овевал лицо, принося порывы чистого аромата.
Шэн Вэньлинь стоял под крытой галереей и долго не двигался. Его поза была прямой, подобно сосне, он был статен и худощав, а пальцы, которые он только что бессознательно сжал, медленно расслабились.
Шэн Лин не понимала, отчего он так рассеян, и негромко поторопила его:
— Гэгэ, пора идти.
Шэн Вэньлинь пришёл в себя и спокойно, невозмутимо ответил:
— Хм.
Помолчав немного, он пошёл вперёд, говоря ей на ходу:
— Я знаю, что между вами есть старые обиды, но сегодня — пир в честь дня рождения гунчжу. Что следует делать, а чего не следует, ты понимаешь сама.
Его двоюродная мэймэй знала немало уловок. Она не из тех, кто станет молча сносить обиды. Она мстила даже за малейшую обиду.
Это наставление Шэн Вэньлиня не преследовало личных целей. Цзинчэн — не Сянъян, здесь она ещё не достигла того положения, чтобы творить беззаконие.
В душе Шэн Лин была не согласна, но ради приличия всё же улыбнулась гэгэ:
— Я уже столько раз давала обещания, почему же гэгэ мне не верит?
— Твоя мать на днях прислала мне письмо, просила присмотреть за тобой.
— Моя мать и впрямь напрасно тревожится.
— Я вижу, ты пробыла в Цзинчэне достаточно долго, тебе пора возвращаться в Сянъян.
При упоминании об этом лицо Шэн Лин помрачнело, уголки её ярких глаз дрогнули, выдавая волнение:
— Я так опозорилась, ни за что не вернусь, надо мной наверняка будут смеяться.
Шэн Вэньлинь понимал, как ей тяжело, и слегка погладил её по голове. В конце концов, она была его сестрой, и он сочувствовал ей:
— В городе Сянъян никто не посмеет смеяться над тобой.
Шэн Лин возразила:
— В открытую не посмеют, но втайне точно будут потешаться.
— В любом случае, никто не осмелится сказать тебе что-то в лицо.
— И всё равно я не хочу возвращаться.
— Как знаешь, — Шэн Вэньлинь не стал больше вмешиваться в её дела, это было не его заботой.
Миновав крытую галерею и свернув за угол, Шэн Лин направилась в покои принцессы.
Внутри было шумно; и те, кто были в ладах, и те, кто враждовали, вынуждены были тесниться вместе, нацепив на лица натянутые улыбки.
Сяогуняны сегодня, разумеется, оделись в нежные цвета, нарядившись одна краше другой, словно расцвёл пышный сад, полный ярких цветов.
Шэн Лин окинула всё вокруг взглядом.
Минчжу стояла подле принцессы в тонком платье абрикосово-белого цвета. Пояс удачно подчёркивал её тонкую талию, а скромный макияж не мог скрыть обворожительную внешность. Стоило ей замереть там, как остальные на её фоне стали казаться заурядными женщинами с вульгарной внешностью.
Шэн Лин по собственной инициативе подошла поговорить с Минчжу:
— Только что Минчжу-гунян шла слишком быстро. У меня даже не было возможности толком поговорить с тобой.
Минчжу ещё не успела произнести ни слова, как Чжао Синь первая выступила вперёд, заслоняя её:
— Если хочешь что-то сказать, говори здесь.
Чжао Синь тоже слышала о тех делах между Минчжу и Шэн Лин. По правде говоря, она терпеть не могла манеры Шэн Лин, которая вела себя так, будто была невероятно благородной. Но перед её гэгэ та менялась в лице, и её отвратительное высокомерие превращалось в «индивидуальность».
Тогда, когда дело со сватовством к её гэгэ только начиналось, Шэн Лин не удержалась и принялась наводить порядки среди людей в заднем дворе её гэгэ. Неудивительно, что он расторг помолвку.
Шэн Лин стояла напротив них и тихо произнесла:
— Я пришла, чтобы извиниться перед Минчжу-гунян за прошлое. В прошлый раз я проявила мелочность, надеюсь, ты не затаишь на меня злобу.
Минчжу не могла понять, что это за выходка, почему та вдруг стала такой вежливой и доброй. Она к этому не привыкла.
Чжао Синь тоже была ошарашена. Она не верила, что Шэн Лин может проявить такое великодушие: не только не сердиться, но и самой извиниться. Даже если бы солнце взошло на западе, такого чуда бы не случилось.
Шэн Лин улыбнулась и добавила:
— Если тебе пока трудно перешагнуть через это, ничего страшного.
Минчжу небрежно ответила:
— Цзюньчжу слишком вежлива.
Чжао Синь намеренно развела их в разные стороны и, взяв Минчжу за руку, сказала:
— Я отведу Минчжу прогуляться в Императорский сад.
К счастью, Шэн Лин не изъявила желания пойти следом.
С этими словами Чжао Синь и впрямь потянула её за руку в сторону Императорского сада. Служанки уже приготовили там беседку, на столе благоухали фрукты и ягоды.
Чжао Синь бежала быстро, Минчжу едва поспевала за ней, и они едва не столкнулись с кем-то.
Чжао Синь резко затормозила, подняла голову и мгновенно стала очень кроткой:
— Бяогэ (двоюродный брат по материнской линии или сын сестры отца).
Сун Хуайцин нахмурился:
— Ты уже взрослая, почему всё ещё такая неосмотрительная?
— Я не заметила дорогу впереди.
Чжао Синь как раз собиралась представить бяогэ Минчжу и обдумывала слова.
Минчжу, казалось, уже встречала его раньше и соблюла все приличия:
— Сун-дажэнь.
Сун Хуайцин сегодня был облачён в одежду цвета «белой луны», словно весенний ветерок, овевающий лицо. Он слегка нахмурился и кивнул:
— Минчжу-гунян.
Он в точности соблюдал дистанцию. В его отчуждённой нежности было мало искренности, но это и не создавало впечатления, будто на человека смотрят свысока.
Сун Хуайцину было неловко говорить резкие слова в присутствии посторонней, поэтому он повернулся к Чжао Синь и произнёс довольно строгим тоном:
— В следующий раз ходи осторожнее. Столкнуться с кем-то — полбеды, главное — сама не упади.
Чжао Синь пропустила его слова мимо ушей.
Взгляд Сун Хуайцина переместился на стоящую рядом с ней Минчжу, но задержался ненадолго. Он безучастно отвёл глаза.
На самом деле Чжао Синь совсем не хотела, чтобы эти двое столкнулись. Она боялась, что у её бяогэ возникнет предубеждение против Минчжу.
У детей из таких великих семейств часто бывал этот холодный налёт отчуждённости, заставляющий держать людей на расстоянии. У её бяогэ и внешность, и положение семьи были прекрасными, с малых лет выходцы из семей с низким положением заискивали перед ним, и со временем это породило в его душе отвращение.
Однако сейчас всё выглядело лучше, чем она представляла.
Чжао Синь нежно взяла Минчжу под руку:
— Не буду больше отнимать время у бяогэ.
— Куда вы собираетесь?
— Посмотрим на летние лотосы.
— Лотосы ещё не распустились, на что ты собралась смотреть?
— Можно и на листья лотоса посмотреть.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
