У хоуфужэнь был только один сын, и она не могла просто смотреть, как он попадает в беду. Она сохраняла самообладание и говорила лишь самые любезные слова.
Хоуфужэнь знала, что между двумя сестрами есть неприязнь, но полагала, что, как бы то ни было, между ними должно было остаться хоть немного сестринской привязанности.
Она дважды усмехнулась и произнесла:
— Минжу-цзецзе сегодня ещё говорила мне, что в сердце своём печётся о тебе, своей мэймэй.
Минчжу восхитилась умением хоуфужэнь лгать прямо в глаза. Она не верила ни единому слову. Минчжу ненавидела её до глубины души и, должно быть, каждый день молила о её смерти.
Сама того не замечая, она заговорила с ленивой грацией, в которой проскальзывали холодные, внушающие страх нотки Чжао Ши:
— Хорошо, я поняла.
Хоуфужэнь стерпела её пренебрежительный тон, проглотила обиду и добавила:
— Твоя цзецзе в эти дни умывается слезами. Они с твоим зятем — глубокая привязанность супружеской четы1, их чувства очень крепки. После случившегося она и куска в горло не может проглотить, похудела на несколько цзиней.
Минчжу при этих словах едва не рассмеялась и холодно отрезала:
— Тогда вам стоит получше утешить её.
Хоуфужэнь никак не ожидала, что та окажется настолько бессердечной и непреклонной. Это по-настоящему привело её в ярость, улыбка застыла и медленно исчезла с лица:
— Неужели тайцзыфэй и вправду не поможет в этом деле?
Кожа Минчжу на солнце казалась ещё белее, её взгляд был невинным:
— Я же сказала, я ничем не могу помочь.
Она прикрылась платком от слепящих лучей, в глубине её глаз читалось равнодушие:
— Чем надеяться на меня, хоуфужэнь лучше сходить в храм, воскурить благовония, совершать добрые дела, чтобы накопить благую заслугу2.
Лицо хоуфужэнь то бледнело, то багровело. Она была вне себя от гнева, но не смела сказать лишнего, боясь оскорбить её.
Раз разговор не задался и просьба не была исполнена, оставалось лишь уйти.
Хоуфужэнь, кипя от злости, вышла за ворота. Минжу всё это время ждала в повозке. Увидев мрачное лицо хоуфужэнь, она сразу догадалась, что та натерпелась от Минчжу. Минжу сказала:
— Прошлой ночью я говорила вам: эта моя мэймэй будет только насмехаться, она и пальцем не пошевелит, чтобы помочь.
Хоуфужэнь выпила чашку воды, чтобы унять пыл, и с грохотом поставила её на столик:
— Замолчи! Это всё из-за тебя! Мало того что ты не можешь сравниться со своей мэймэй, так ещё и мужа удержать не способна. Сколько времени прошло, а в животе никакого шевеления. — Хоуфужэнь принялась перечислять её вины одну за другой, гнев в ней бурлил: — Только тянешь нашу семью назад. В ближайшее время не попадайся мне на глаза, видеть тебя не могу.
Минжу знала, что неспособность родить ребёнка — это то, за что хоуфужэнь ненавидела её больше всего. Но ведь не то чтобы она сама не хотела, просто не было суждено. Минжу замолчала. Чем больше скажешь, тем больше совершишь ошибок.
Хоуфужэнь в ярости разбила чашку:
— Да кто такая эта твоя мэймэй? Давно ли она стала тайцзыфэй? Наш особняк Наньань-хоу ещё не пришёл в упадок, а она уже смеет так со мной обращаться?!
Минжу подобрала осколки с пола и произнесла:
— Фужэнь, успокойте свой гнев.
Несмотря на холодную погоду, хоуфужэнь от ярости взмокла:
— Пользуется тем, что тайцзы сейчас балует её, и задирает нос невесть как высоко. Она — человек низкого происхождения, не защищённый влиянием клана, рано или поздно её постигнет неудача. Не верю я, что милость к ней будет вечной.
Хоуфужэнь была и мелочной, и злопамятной. Тайцзыфэй лучше бы не давать ей возможности бить того, кто упал в колодец, иначе она точно не упустит случая безжалостно раздавить её.
Минжу выглядела опечаленной, а затем незаметно подлила масла в огонь:
— Нян, вы и сами видели её сегодняшнее отношение. Как вы думаете, не станет ли она нарочно… вредить… сводить личные счёты под видом общественных интересов…
Хоуфужэнь сочла её опасения не лишёнными смысла и холодно усмехнулась:
— Я тоже не из пугливых.
Она боялась тайцзы, но не тайцзыфэй.
Минжу едва заметно улыбнулась. Хоуфужэнь в своё время была личностью, прошедшей через кровавые бури. Если она возьмётся за Минчжу, это будет лучше всего.
Сейчас не хватало лишь сильного лекарства.
В сердце Минжу созрел план, и её мрачное настроение мгновенно прояснилось.
Только вечером Минчжу узнала от Чжао Ши, что дело было вовсе не таким простым, как расписывала хоуфужэнь. Наследник особняка Наньань-хоу не просто ранил человека, он совершил убийство.
В обычные дни этот шицзы не казался заносчивым или деспотичным, по крайней мере, внешне он держал себя безупречно, и придраться было не к чему. Но ночью, выпив с теми, с кем работал, он встретил в узком переулке миловидную сяогунян. Не сумев совладать с собой и возыметь дурные намерения, прельстившись красотой, он принял её за девицу из весёлого дома и вместе с друзьями силой затащил наверх.
Сяогунян не вынесла позора и, когда её загнали в тупик при попытке к бегству, выбросилась из деревянного окна. Она упала головой вниз и разбилась насмерть прямо на месте.
Хозяйка весёлого дома перепугалась до полусмерти и поспешила сообщить в управу.
Выслушав это, Минчжу с отвращением нахмурилась. Больше всего на свете она не любила таких людей, чья похоть застилает глаза. Да ещё и жизнь человека погубил.
Чжао Ши в душе сделал пометку на счёт особняка Наньань-хоу. Эти люди из особняка Наньань-хоу тоже вечно упоминают чайник, который не кипит3, из-за чего он оказался невольно втянут в это дело.
Взгляд Чжао Ши потяжелел:
— Люди из Далисы, разумеется, разберутся во всём беспристрастно. Хоуфужэнь проявила излишнюю поспешность.
Минчжу сказала:
— Так будет лучше всего.
Чжао Ши криво усмехнулся и спросил:
— Твоя цзецзе сегодня тоже приходила?
Минчжу покачала головой:
— Нет.
Чжао Ши теперь до смерти надоели люди из семьи Мин, он желал, чтобы они до конца жизни не смели показываться перед Минчжу. Однако если кто-то другой, минуя его, обращался с просьбами к Минчжу, это не вызывало у него такого уж сильного раздражения.
- Глубокая привязанность супружеской четы (伉俪情深, kànglì qíngshēn) — идиома, описывающая гармоничные и любящие отношения мужа и жены. ↩︎
- Совершать добрые дела, чтобы накопить благую заслугу (行善积德, xíngshàn jīdé) — буддийское понятие совершения благодеяний для улучшения кармы. ↩︎
- Упоминать чайник, который не кипит (哪壶不开提哪壶, nǎ hú bù kāi tí nǎ hú) — проявлять бестактность, касаясь самой болезненной или неудобной темы. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
