Как только повозка Гу Лянь остановилась у экрана инби, вторая Гу-фужэнь тут же вышла ей навстречу.
Сначала момо Фу помогла Гу Лянь спуститься, а затем вышли служанки, неся её вещи.
Вторая Гу-фужэнь сразу почувствовала неладное и нахмурилась:
— Что это ты затеяла? — Увидев покрасневшие глаза Гу Лянь, её сердце сжалось. — Неужели… неужели родня мужа отказалась помочь?
Гу Лянь ответила:
— Дело не в отце, я просто злюсь…
Вторая Гу-фужэнь затащила её в дом и только тогда узнала, что Гу Лянь повздорила с Яо Вэньсю. Это был пустяк. Яо Вэньсю знал, что она любит баолуо с косточкой, и велел принести несколько коробок. Одну он отдал Гу Лань, а остальные — ей. Гу Лянь всё не унималась:
— Если бы Гу Лань не соблазнила его и они не сошлись за моей спиной, разве вышла бы она в семью Яо наложницей? Я терплю такую обиду, а он всё равно её выгораживает.
Гу Лянь глубоко вздохнула:
— Я всего лишь высказала ему пару слов, а он рассердился. Хлопнул дверью и ушёл спать в кабинет. Я даже не злилась, с чего это он… Я несколько дней с ним не разговаривала, и он тоже молчит. Вот я и решила вернуться и пожить здесь какое-то время…
Услышав это, вторая Гу-фужэнь так разгневалась, что кровь ударила ей в голову:
— Твой отец сейчас в беде — самое время просить семью Яо о помощи, как ты можешь быть такой неблагоразумной! Всего лишь коробка дессерта. Ты капризничаешь перед ним, неужели думаешь, что всё ещё остаёшься четвёртой сяоцзе семьи Гу…
Гу Лянь не ожидала, что а-нян скажет ей такие резкие слова, и от удивления даже плакать перестала. Спустя мгновение она проговорила:
— Я… мне не нравится, когда он добр к Гу Лань. Он не считается с моими чувствами, а-нян, почему вы меня ругаете…
Вторая Гу-фужэнь жестом позвала момо:
— Она собралась вернуться, а ты её не остановила?
Момо горько усмехнулась:
— Третья сань-тайтай настояла на возвращении…
Она была всего лишь служанкой: если Гу Лянь была в духе, то слушала её, а если нет — могла и в угол задвинуть. Гу Лянь была в ярости, как момо могла её остановить?
Вторая Гу-фужэнь вздохнула, понимая, что сама избаловала дочь: та привыкла, чтобы все ей уступали и потакали. Она не стала больше обсуждать ссору Гу Лянь с Яо Вэньсю, а спросила:
— Я велела тебе разузнать об отце, есть новости?
Гу Лянь опустила голову:
— Я… я уже несколько дней не видела Яо Вэньсю, как я могла его спросить? Но я спрашивала свекровь. Она сказала, что свёкор в последнее время очень занят и ей тоже не удаётся с ним поговорить. Сказала, что если смогут помочь, то обязательно помогут…
Эти слова были лишь пустой отговоркой.
Вторая Гу-фужэнь, нахмурившись, надолго задумалась. Глядя на молчание а-нян, Гу Лянь тоже занервничала.
— А-нян, с отцом ведь ничего не случится? Вы же говорили, что сы-шу ходил навестить его. Как он?
— Не знаю, твой сы-шу ушёл только утром…
Мать и дочь пили чай, вторая Гу-фужэнь некоторое время поучала Гу Лянь, велев ей вернуться и признать вину перед Яо Вэньсю. Гу Лянь рассеянно кивала в ответ. В это время пришла Фулинь от госпожи Фэн и пригласила их, сказав, что Гу Дэчжао вернулся.
В Восточном дворе госпожа Фэн расспрашивала Гу Дэчжао:
— Твоего второго брата не пытали? Он похудел?
Гу Дэчжао не успел перевести дух. Отхлебнув чая, он сказал:
— Его только задержали, официального допроса ещё не было, откуда взяться пыткам? В остальном всё ничего, вот только он боится, что его понизят в должности…
Гу Дэсю спросил:
— И как второй брат думает, велика ли вероятность понижения?
Гу Дэчжао вздохнул:
— Чем только второй брат думал, когда спутался с этим Ван Дэ. Тот за эти годы натворил немало зла. Тогда ведь он взял деньги у старшего шао-е из семьи Ло и покрывал убийство нескольких простолюдинов, шум поднялся знатный. Такое кумовство, когда чиновники выгораживают друг друга1, — самое опасное. Но второй брат сказал, что, к счастью, цзо ду юйши из Дучаюаня, с которым он в ладах, обещал его защитить, так что до увольнения не дойдёт…
Лицо госпожи Фэн потемнело:
— В такое время нечего винить брата. Всё, что он делал, было ради семьи!
Гу Дэчжао смутился, не зная, что ответить, и низко склонив голову, принялся жадно пить чай.
Госпожа Фэн снова вздохнула:
— Теперь, когда со вторым братом случилась беда, в доме остались только вы двое мужчин. В такое время нужно составить план, как сохранить чин вашего брата. За столько лет он немало сделал для семьи, и теперь наш черёд. — Она спросила Гу Дэсю: — Ты виделся с шицзы-е? Что он сказал?
Гу Дэсю ответил:
— Будто вы не знаете его характера! Он обещал только, что в пределах его ведения постарается не давать второго брата в обиду… Сейчас он занят собственной свадьбой, через полмесяца уже встречает невесту, сказал, что времени на встречи нет.
Госпожа Фэн задумалась и перевела взгляд на Гу Дэчжао:
— Если ничего не выйдет, пойди и попроси Чэнь-сань-е…
Гу Дэчжао стало не по себе, и он с сомнением произнёс:
— А-нян, я ведь всё-таки тесть Чэнь-сань-е, просить его как-то неловко. К тому же Чэнь-сань-е наверняка уже знает о беде со вторым братом, но до сих пор никого не прислал, явно не желая вмешиваться…
— Неужели мне, старой, самой к нему за порог идти умолять! — Госпожа Фэн гневно взглянула на Гу Дэчжао.
Гу Дэчжао пришлось замолчать.
— Из всех братьев мы только на Дэюаня и надеялись, он ведь выбился в большие чины четвёртого ранга. Если он лишится должности, как же наша семья в Дасине будет голос подавать… — Госпожа Фэн долго и убедительно уговаривала Гу Дэчжао. — Вторая ветвь семьи всегда помогала вашей четвёртой ветви, вспомни, когда у тебя были неприятности, разве второй брат не хлопотал за тебя! Ваша четвёртая ветвь жила в семье Гу на всём готовом, и как я относилась к твоим детям — сам видел. Когда Чао-цзе-эр выходила замуж, сколько почёта мы ей обеспечили. Неужели она не может теперь помочь?
Гу Дэчжао не был красноречив, и после долгих речей госпожи Фэн и вовсе не нашёлся что сказать.
Снаружи служанка доложила о приходе второй Гу-фужэнь, и только тогда госпожа Фэн отпустила Гу Дэчжао, велев ему хорошенько подумать.
Они вышли из Западной комнаты.
Вторая Гу-фужэнь сначала расспросила о положении Гу Дэюаня и немного перевела дух. Затем заговорили о ссоре Гу Лянь с Яо Вэньсю.
Госпожа Фэн нахмурилась:
— Только путаницу создаёт… Ладно, не до неё сейчас. Я думаю, нужно идти к Гу Цзиньчао. Мы рассчитывали, что выдав её в семью Чэнь, они станут нам опорой. Пришло время Гу Цзиньчао отплатить нам. Завтра возьмёшь Сюй-ши… нет, Сюй-ши в душе наверняка не захочет помогать, ещё начнёт тайком вредить. Как раз Лянь-цзе-эр вернулась, возьми её с собой проведать ту, скажешь, принесли вещи для будущей матери. Пусть Лянь-цзе-эр просит и ластится, она должна убедить Гу Цзиньчао!
Вторая Гу-фужэнь кивнула, но с сомнением спросила:
— Послушает ли Чэнь-сань-е Гу Цзиньчао?
Сейчас никто не хотел ввязываться в это дело.
Госпожа Фэн помедлила:
— Я вижу, что Чэнь-сань-е относится к ней очень хорошо, ты всё же попробуй. Если второго брата понизят в должности, в семье Гу всем заправлять будет четвёртая ветвь. Тогда не только второй ветви придётся подчиняться четвёртой, но и Лянь-цзе-эр в семье Яо придётся несладко.
Вторая Гу-фужэнь согласилась и, вернувшись, рассказала всё Гу Лянь.
Гу Лянь и вправду хотелось посмотреть, как живёт семья Чэнь и как на самом деле устроилась Гу Цзиньчао. Но услышав от а-нян, что ей придётся подлизываться, она заартачилась:
— Она ведь из младшей ветви, удачно вышла замуж и возомнила о себе невесть что. Когда она выходила, сколько приданого наша семья ей собрала, чтобы она уехала с почётом и блеском. Разве не должна она теперь нам помочь?..
Вторая Гу-фужэнь вздохнула:
— Если хочешь, чтобы твоего отца восстановили в должности, придержи гордость и извинись за всё, что было раньше… Люди любят слушать приятные слова, неважно, что ты думаешь на самом деле, просто говори то, что ей понравится. Поняла?
— Ещё не факт, что Чэнь-сань-е её послушает, кто знает, какие порядки в семье Чэнь. Как бы мы зря силы не потратили… — проговорила Гу Лянь, но поймав строгий взгляд а-нян, тут же притихла. — Не волнуйтесь, я обязательно буду говорить только приятное, я понимаю, что на кону.
Услышав такие слова от дочери, вторая Гу-фужэнь наконец успокоилась.
Она тотчас велела приготовить множество подарков, намереваясь на следующий день отправиться в Ваньпин.
Гу Дэчжао вернулся и посоветовался с Сюй-ши, и Сюй Цзиньи была того же мнения.
— Раз даже чиновник Яо не желает помогать, дело, должно быть, очень непростое. Если вы начнёте просить, это может поставить Чэнь-сань-е в неловкое положение, да и Цзиньчао в семье мужа будет трудно. А-нян только что звала и меня, говорила, чтобы вторая невестка сначала пошла разузнать обстановку. Сказали бы вы, что заняты по службе, и дождались возвращения второй невестки…
Гу Дэчжао тоже считал, что ему лучше не вмешиваться. Он сказал Сюй Цзиньи:
— Второй брат совершил серьёзную ошибку, понижение в должности было бы для него благом. Но а-нян непременно хочет, чтобы он сохранил чин, разве это не чрезмерное требование…
Сюй Цзиньи кивнула и ласково утешила его:
— Я понимаю. А вы пока поешьте, я сварила для вас суп из чёрной рыбы. Вы ведь проделали такой путь до Далисы и обратно, наверняка ещё не обедали?
На лице Гу Дэчжао отразилась усталость, и он кивнул Сюй Цзиньи.
Цзиньчао на следующее утро встала очень рано, собираясь вместе с сань-е пойти засвидетельствовать почтение Чэнь-лаофужэнь.
Сань-е уже вернулся с утренней тренировки и ждал её, почитывая книгу. Боясь, что он заскучает, Цзиньчао уложила волосы в простой круглый узел и не стала надевать лишних украшений.
Чэнь-сань-е отложил книгу и некоторое время задумчиво смотрел на неё.
Гу Цзиньчао спросила его:
— Что случилось? Что-то не так?
На ней была бэйцзы цвета морской волны с белой каймой и цветочным узором, и простая шёлковая юбка янтарно-жёлтого цвета. Хотя чистота лотоса, вышедшего из воды, по-своему прекрасна, наряд казался слишком скромным. Чэнь-сань-е подошёл прямо к туалетному столику, немного посмотрел и выбрал две золотые шпильки с резными орхидеями из белого нефрита. Велев ей сесть, он сам вколол их в её волосы.
— Посмотри, так хорошо?
Гу Цзиньчао внимательно посмотрела на себя в зеркало и нашла, что эти две шпильки выбраны на редкость удачно. Она согласно кивнула.
Чэнь-сань-е остался доволен и с улыбкой поцеловал её в лоб.
Вскоре вошла Сунь-мама и подала Гу Цзиньчао письмо:
— Прислали из родового имения семьи Гу в Дасине.
Гу Цзиньчао вскрыла и прочитала письмо. Его написала госпожа Чжоу. Она и Гу Лянь, услышав о её беременности, собирались навестить её.
«Если бы хотели просто навестить, то разве Сюй Цзиньи не подошла бы лучше…»
Гу Цзиньчао сразу догадалась, что вторая Гу-фужэнь едет из-за дела Гу Дэюаня.
Чэнь-сань-е не пристало вмешиваться в дела её родни, но он всё же сказал:
— Цзиньчао, если тебе понадобится моя помощь, обязательно скажи. — Он посмотрел на неё и серьёзно добавил: — Не держи всё в себе, поняла?
Гу Цзиньчао улыбнулась и кивнула.
- Чиновники выгораживают друг друга (官官相护, guān guān xiāng hù) — образная фраза, означающая, что люди во власти покрывают преступления друг друга. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
