Сю Ли прижала ладонь ко лбу, закрыла глаза и принялась приводить мысли в порядок. Вскоре она вдруг негромко рассмеялась.
— Хм… Янь Цин, ты говорил, что точность лишь половинная, но, думаю, ты попал в точку. С железом и углём всё то же самое.
Цю Ин отреагировал на последнюю фразу:
— Железо и уголь? Ты имеешь в виду те ресурсы, что в огромном количестве исчезли во время экономической блокады семьи Хун?
— Да. То, что я заприметила этот храм, отчасти связано с тем делом.
Янь Цин взглянул на Сю Ли, спрашивая взглядом, можно ли об этом говорить. Получив её согласный кивок, он продолжил:
— Что ж… давай начнём с самого начала. Я прибыл в провинцию Хун именно для того, чтобы выследить, куда делись железо и уголь. Я прочесал всю провинцию, пытаясь выяснить, где именно они пропали. Но какие бы записи я ни поднимал — ни в управлении провинции, ни на заставах каждого уезда — я не нашёл никаких доказательств выдачи разрешений на проезд. Тем не менее, и ресурсы, и мастера действительно исчезли. И тогда… Ли Ин, только не сердись, когда услышишь. Думаю, догадка сяоцзе была такой же, как и моя: с самого начала я считал, что всё это отправилось в главное поместье семьи Пяо.
Сю Ли кивнула. До самого конца лета она тоже считала, что за этим стоят семья Пяо и Лю Хуа.
— А когда сяоцзе отправилась в семью Пяо и исчезла в сиянии вместе с тобой, Ли Ин, я подумал, что они, вероятно, использовали именно этот метод. Если среди них были младшие представители семьи Пяо, то вполне возможно, что железо, уголь и всё остальное переправляли через «проходы».
Ли Ин покачал головой, отвергая это предположение:
— Нет, это невозможно. Чтобы открыть «проход», нужно получить разрешение. В этих краях давать такие разрешения может только высокоранговый мастер техник из монастыря Цзянцин, но с самого лета его нет на месте — он отправился в священные земли горы Хуншань для их защиты. А самое главное — тётя не только приказала заблокировать «проходы», это было бы в принципе крайне нелогично. В каждом храме и святилище семьи Пяо хранятся запасы продовольствия и топлива на сотню лет вперёд. Чем городить огород и красть у семьи Хун или в управлении провинции, было бы куда проще взять всё из собственных храмов.
Сю Ли старательно запечатлела эти сведения в памяти. На самом деле Янь Цин сказал, что точность лишь половинная, именно учитывая это. Но даже так оставалась вероятность в пятьдесят процентов. Сю Ли посмотрела на храмовую постройку с «проходом», откуда выпали Ли Ин и остальные.
— Тогда… может быть, существует «проход», о котором не знает госпожа Лю Хуа? Например, в этом храме Фаньнао.
— Храм Фаньнао?.. Ты говоришь, это храм Фаньнао?
Ли Ин наконец понял, где находится. Услышав это название, он невольно изменился в лице от изумления.
— Так это же объединение храмов Фаньнао! Я и не слышал, чтобы их «проходы» ещё действовали!
— Что это вообще за место? Мало того что название дурацкое, так у них ещё и номера до сто девятого доходят.
— …Я слышал, что во времена предыдущего главы, ради обмена выгодой с некой группой мошенников, им позволили создать «проходы». Позже, поскольку эти пути использовались для обмана простого люда и вымогательства денег, тётя, став великой жрицей, полностью их упразднила… Вот оно что. Значит, разрешение на «проход» здесь всё же сохранилось? Раз путь открыт, значит, им можно пользоваться… Однако он поддельный. Иначе мы не свалились бы прямо на крышу храма.
Ли Ин говорил, и на его лице отразилось внезапное озарение. Хотя это были не проделки семьи Пяо, их именем всё это время пользовались.
— Вот оно как… Значит, вы решили, что «проходы» храма Фаньнао использовались для перевозки железа и угля?
— Верно. Более того, при тщательном осмотре выяснится, что этот храм, хоть и выглядит ветхим, на деле построен на редкость добротно — видимо, его укрепляли. Крыша и пол отремонтированы на совесть, так что можно с уверенностью сказать: здесь кто-то бывает регулярно.
Сю Ли жевала сушёного кальмара, выуженного из рюкзака Янь Цина, и, скрестив руки на груди, добавила:
— Однако количество исчезнувших ресурсов слишком велико, так что выводы делать рано. Переправлять такую массу железа и угля по крупицам через этот маленький храм было бы крайне хлопотно. К тому же, даже в заброшенном храме трудно делать это совсем незаметно. Возможно, это место использовали как временный склад, а саму перевозку осуществляли через другие, более «официальные» пути. Но одно можно утверждать точно: раз здесь появились Лисий Лицо Мужчина и мастер техник, значит, местный «проход» по-прежнему важен для них.
Если бы они хотели только похитить одну Сю Ли, воспользоваться местным «проходом» было бы проще простого. Как и в случае с исчезновением мастеров в прошлом: внезапное исчезновение без единой улики. Таким образом, причина, по которой Сю Ли заманили сюда, становилась понятной.
— Поверить не могу, что здешний «проход» всё ещё действует… Я всё тщательно расследую и немедленно его заблокирую!
— А, можно подождать? Ли Ин, хотя бы до послезавтра.
Янь Цин только потянулся за вяленым мясом, но, услышав слова Сю Ли, едва не лишился чувств. Цю Ин и Ли Ин отреагировали так же.
— …Сяоцзе, ты же не собираешься сама воспользоваться этим «проходом», чтобы погнаться за ними? До того, как подует красный ветер, осталось всего два дня! Даже если ты отправишься туда, у тебя в запасе будет от силы полдня!
— Но как можно упустить такую прекрасную возможность! По ту сторону «прохода», скорее всего, логово врага или, по крайней мере, место совсем рядом с ним. Если повезёт, мы даже найдём зацепки насчёт железа и угля. А если нет, то, может, удастся схватить этого Лисьего Лица за хвост. Даже если на меня наставят тысячу копий, я всё равно должна пойти!
— Да успокойся ты! Послушай, если на том конце действительно вражеское логово, разве ты не окажешься в окружении? Вполне вероятно, что они соберутся все вместе и будут ждать, пока ты сама прыгнешь в их сети!
Кто бы мог подумать, что настанет день, когда Янь Цин будет просить её «успокоиться».
— У-у… н-но ведь Янь Цин и генерал Лань со мной…
— Тогда ответь мне, как ты планируешь туда попасть?
— …А?
— Мы ведь здесь все обычные люди, верно? Ни жриц, ни мастеров техник нет, как же ты собираешься открыть «проход»?
Сю Ли посмотрела на Янь Цина, потом на Цю Ина, потом на Ли Ина и, наконец, на саму себя. А затем, схватившись за голову, закричала:
— А-а-а-а… ну почему так? Ты ли это, Янь Цин? Откуда у меня такой толковый подчинённый! Теперь мне ничего не остаётся, кроме как приготовить тебе ужин в награду. Но расходы я вычту из твоего жалованья!
— Это была похвала или издевательство?! И не срывай на мне злость!
— …Я думаю… «проход» можно открыть… — пробормотал стоявший рядом Ли Ин.
Сю Ли от неожиданности целиком проглотила полоску кальмара, которую в отчаянии грызла.
— Что? И как же?
— Что ни говори… в моих жилах течёт кровь прямой ветви семьи Пяо. Кровь может заменить магические техники. Это весьма древний способ, но если я дам определённое количество крови, «проход» должен отозваться. Вот только если использовать этот метод, для возвращения мне тоже придётся пустить кровь.
— Хм, этот способ со всех сторон кажется несправедливым по отношению к тебе… К тому же, Ли Ин, тебя ведь наверняка беспокоит нашествие саранчи… Ты действительно готов пойти со мной? Всего на один день. Если ты пойдёшь с нами, то сможешь опознать этого Лисьего Лица. Иначе, судя по рисункам Цю Ина и Чжу Цуй, нам придётся хватать каждого встречного на дороге. И тогда на меня точно посыплются жалобы.
От слов Сю Ли, выставившей его художества никчёмными, у Цю Ина на душе похолодело. Теперь он наконец-то мог в полной мере прочувствовать состояние Лю Хуэя.
На самом деле Ли Ин ещё не был морально готов к встрече с Ван Цзи. Нельзя было отрицать, что, узнав о прибытии Ван Цзи в провинцию Хун, Ли Ин начал колебаться… Сказать по правде, предложение Сю Ли, напротив, позволило ему на время облегчённо вздохнуть.
— …Я понял.
Час Чоу. Набив животы и восполнив запас сна, Сю Ли пришла к храмовой постройке, где находился «проход».
В итоге было решено, что Сю Ли будут сопровождать Ли Ин и Янь Цин. Что же касается Цю Ина, его попросили остаться в храме Фаньнао и ждать в готовности.
— Нужно обязательно вернуться до того, как подует красный ветер… Как и сказал Янь Цин, времени на той стороне у нас в лучшем случае от силы полдня или день.
Стоило подняться туману, и шансы на подавление нашествия саранчи возрастали, но если туман так и не появится, рои насекомых устремятся прямиком в провинцию Цзы. Для Юши Сюли первоочередной задачей было разобраться с бедствием в провинции Цзы. В её обязанности входила и проверка условий для появления тумана, поэтому она должна была вернуться точно в срок.
Ли Ин поднял голову и посмотрел на Янь Цина.
— На той стороне наверняка устроили засаду маги семьи Пяо. Как только окажемся там, прошу тебя, сразу обезвредь их. Иначе, если они перекроют «проход» оттуда, мы не сможем вернуться. Если удастся лишить их чувств, «проход» останется открытым.
Цю Ин посмотрел на безоружного Ли Ина, и внезапно у него возникла мысль.
— Ли Ин, ты умеешь обращаться с мечом? Возьми мой для самообороны.
Ли Ин колебался. Он и сам не знал почему, но чувствовал: пока в сердце живут сомнения, меч лучше не брать.
— …Нет, не нужно. У тебя ведь тоже остался только этот меч? К тому же для меня он слишком тяжёлый.
Только сейчас Сю Ли заметила, что у генерала Лань больше нет при себе парных мечей.
— Кстати говоря, генерал Лань, а где «Ганьцзян» и «Мосе»? Вы не привезли их обратно?
— …Да. Девушка Чжу Цуй сказала, что они ей нужны, и буквально отобрала их у меня… Будь они сейчас при мне, я бы мог дать один Ли Ину… Увидев такие сокровища, я и сам захотел владеть знаменитым мечом… Пусть даже безымянным, вроде тех, что ковал Безымянный великий кузнец… Ах, что-то я отвлёкся. Так он тебе точно не нужен?
— …Да, не нужен.
Ли Ин кивнул и открыл дверь святилища. Само по себе оно было крайне тесным: когда Сю Ли и Ли Ин вошли внутрь, там почти не осталось места, чтобы развернуться. Ли Ин выхватил нож, полоснул по пальцу, и капли крови окропили магический круг.
С негромким гулом круг начал испускать слабое свечение. И в тот же миг…
Только Сю Ли и Ли Ин почувствовали неладное. Мощная неведомая сила начала затягивать их в центр круга. Только их двоих.
Ли Ин в спешке крепко схватил Сю Ли за руку и попытался удержать Янь Цина. Однако —
(Плохо дело, у Лан Яньцина нет крови семьи Пяо, его отбросит —)
Взять его с собой было невозможно.
Сю Ли краем глаза увидела Янь Цина и Цю Ина: они протягивали руки и, казалось, что-то кричали.
…Сю Ли и Ли Ин исчезли. Оставшись вдвоём, Янь Цин и Цю Ин застыли на месте, словно громом поражённые.
● ● ●
С каждым днём ветер становился всё холоднее и постепенно набирал силу — Сюнь отчётливо это ощущал. Возможно, из-за того, что в его жилах наполовину текла кровь семьи Пяо, он с самого детства интуитивно чувствовал перемены в природе и климате.
Он тяжело вздохнул. Облачко пара, вырвавшееся изо рта, окрасило в белый цвет тёмный воздух предрассветного Часа Чоу.
— …Ни тумана, ни дождя, Дажэнь.
Перед самым рассветом, глядя на окутанные кромешной тьмой равнины Цанъу, Сюнь, как и всегда, сопровождал Ван Цзи в дозоре.
Если сегодня или завтра не соберутся тучи, шансов не останется. Завтра глубокой ночью подует красный ветер.
Ван Цзи ослабил поводья и взглянул на храм Цзянцзин на горе Лумин. Даже отсюда были видны яркие огни. С недавних пор в храме Цзянцзин жизнь не затихала ни днём, ни ночью.
Цзы Цзиньлань больше не объявлялся с той самой ночи, когда пытался совершить покушение на Ван Цзи. Чтобы защитить Цзинь Ланя, Гао Ханьшэн подал рапорт о том, что тот не дезертировал, хотя и признал, что с тех пор Цзинь Ланя в армии никто не видел. Впрочем, Ван Цзи совершенно не интересовало, куда он пропал.
— …Сюнь.
— …Дажэнь, прошу вас, не называйте меня именем, от которого я отказался.
— Это имя подходит тебе больше всего. Твой отец был никчёмным человеком, но нельзя не признать: имя он выбрал достойное. Оно отражает твою суть. Я ведь сказал тебе при нашей первой встрече: ты не сможешь стать кем-то иным, кроме Сыма Сюня, и тебе это не нужно.
Сюнь опустил глаза. Имя «Сунь» было лишь псевдонимом, взятым на время службы Шиюйши, но Ван Цзи и Сунь Линван всё равно продолжали звать его Сюнем. Казалось, они прекрасно понимали: он ни за что не захочет вычеркнуть из жизни те годы, когда был Сыма Сюнем.
— И всё же тем, кто превратил тебя в «призрака», стал именно я…
— Дажэнь… Я… на самом деле я всё прекрасно понимаю. Я — тот, кто должен был быть казнён. Я… всегда хотел убить собственного отца. А то, что случилось с Ин, стало лишь последней каплей.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
