Чанлинь-гунчжу прыгнула в воду на глазах у всех. Стража и евнухи бросились ее вылавливать, но достали лишь одежду — самой принцессы в верхнем водоеме не оказалось. Должно быть, она упала в глубокий водоем внизу. Всем было известно, что там обитает гигантский змей, и никто не смел спуститься.
К водоему нельзя было даже приблизиться: вокруг кишело множество маленьких змей, пестрых и смертельно ядовитых.
Освещая путь факелами, люди смотрели издалека, но в темной глубине водоема не было заметно ни малейшего движения.
В этот миг, кружа в небе, прилетел морской орёл. Его пронзительный крик заставил всех задрать головы. В то же время кто-то затащил Чанлинь-гунчжу в верхний водоем и удерживал на дне обессиленную, тщетно борющуюся и непрерывно плачущую принцессу.
Глядя сверху, казалось, будто она просто качается на волнах. Крик морского орла не только приковал к себе все взгляды, но и привел в ярость мстительного гигантского змея, который с силой высунул голову из воды. Маленькие змеи на берегу тоже стали крайне агрессивными.
Морской орёл кружил в вышине и не умолкал. Его голос доводил гигантского змея до исступления: как бы тот ни вытягивался, он не мог достать птицу. Морской орёл словно издевался, намеренно подлетая ближе и снова уходя вверх. Змей несколько раз бросался на него, но безуспешно. В то же время напуганные стражники начали осыпать чудовище стрелами, чем окончательно разъярили его.
Змей взмахнул хвостом, подняв огромную волну и разметав во все стороны маленьких змей прямо на стражу. Многие не успели отступить и были искусаны; вскоре многие попадали на землю. Это заставило остальных в ужасе отпрянуть.
— Это четвертая принцесса! Это четвертая принцесса!
В этот момент поток воды сбросил Чанлинь-гунчжу вниз. Разъяренный гигантский змей тут же вцепился в нее. Все воочию увидели, как он схватил Чанлинь-гунчжу пастью; брызнула кровь, и принцессу отбросило на поверхность воды.
Словно в назидание остальным, гигантский змей жестоко растерзал Чанлинь-гунчжу и проглотил. Эта сцена привела всех в неописуемый ужас, у людей подкашивались ноги.
Как раз в это время верхом прибыл император Юнин в сопровождении свиты. Его остановили на безопасном расстоянии. Лицо императора Юнина было холодным как иней:
— Где Чанлинь?
Вокруг воцарилась тишина, никто не мог прийти в себя.
Император Юнин разгневался еще сильнее:
— Где Чанлинь!
Начальник стражи опомнился и, дрожа всем телом, подбежал и рухнул на колени перед императором Юнином:
— Бися… принцесса… она проглочена гигантским змеем…
Они не посмели признаться, что упустили Чанлинь-гунчжу в верхнем водоеме, иначе им пришлось бы последовать за ней в могилу. Им оставалось лишь выставить все так, будто они не смогли совладать с течением, и когда они добрались сюда, принцесса уже оказалась в пасти чудовища.
Сяо Хуаян предвидел их реакцию, потому и действовал именно так. В противном случае у него не хватило бы времени влить в Чанлинь лекарство. Теперь оставался последний шаг — скрыть яд в ее теле.
— Лю Санчжи, ты лично вели Ли Цзиню немедленно ввести в охотничьи угодья три тысячи человек и убить змею! — Император Юнин достал приказную табличку и передал ее Лю Санчжи.
Все принцы, за исключением тяжелобольного и харкающего кровью тайцзы, прибыли вместе с Бися. Двенадцатый принц Сяо Чжангэн быстро выступил вперед:
— Бися, ваш сын знает, что вы в гневе из-за четвертой сестры, но идти напролом — не лучший план.
Острый взгляд императора Юнина сквозь ночную тьму устремился на Сяо Чжангэна.
Сердце Сяо Чжангэна дрогнуло. Он впервые ощутил на себе безмолвный гнев правителя; казалось, скажи он еще хоть слово — и лишится жизни. Однако, вспомнив наставления того человека, Сяо Чжангэн пересилил себя:
— Бися, когда мужи несут службу, защищая дом и страну, проявляя твердость духа, проливать кровь за спокойствие гор и рек и отдавать жизни ради процветания государства — это верность и мужество, это достойная смерть*. Но они не должны гибнуть здесь напрасно.
Пока Сяо Чжангэн говорил, один за другим начали раздаваться душераздирающие крики. Император Юнин и остальные обернулись: разъяренный гигантский змей уже наполовину выбрался из глубокого водоема и начал терзать стражников. Никто из них не мог сравниться с ним в скорости и силе. Одним взмахом тела он подбрасывал в воздух по нескольку человек, которые, падая, умирали, захлебываясь кровью.
— Излагай свой план! — мрачно приказал император Юнин.
Взгляд Сяо Чжангэна стал твердым:
— Отравление.
Принцы переглянулись. Прежде чем император Юнин успел расспросить подробнее, кто-то выкрикнул:
— Бися, уходим, скорее!
Оказалось, гигантский змей полностью выбрался из глубокого водоема. Увидев это, люди, не тратя времени на лишние слова, развернули коней, чтобы увести императора Юнина в безопасное место.
Сяо Чжангэн, пришпорив коня, не отставал от Бися и громко кричал:
— Бися, нельзя больше злить гигантского змея! Прикажите всем отступить, иначе он не прекратит преследование!
Если такое чудовище доберется до летнего дворца, это обернется неминуемой катастрофой для всех живых.
Сяо Хуаян заранее предвидел такой исход. Гигантского змея нельзя было брать силой, потому что его невозможно убить мгновенно. Разъярив его и не сумев прикончить, можно было лишь погубить множество невинных душ.
— Лю Санчжи, приказываю всем отступить! — обернувшись, крикнул император Юнин.
Лю Санчжи немедленно передал императорский указ. Все начали поспешно отходить. Гигантский змей какое-то время преследовал их, явно вознамерившись отомстить. Сяо Хуаян, наблюдая с высоты за их позорным бегством, подождал, пока они не окажутся на достаточном расстоянии от летнего дворца, и только тогда дунул в костяной свисток.
Получив команду, морской орёл расправил крылья и ринулся вниз, преграждая путь гигантскому змею. Птица была невероятно быстрой, ловкой и яростно атаковала. Змей, не имея сил противостоять ей, был вынужден вернуться обратно в глубокий водоем.
Сделав несколько кругов над глубоким водоемом, морской орёл гордо вскинул голову и взмыл в облака.
— Бися — избранник небес, его охраняет божественная птица! — не упустил случая Лю Санчжи, чтобы поднять боевой дух.
Присутствующие замерли в глубоком почтении. Сяо Чжангэн опустил глаза. Сейчас он жил в Дунгуне, и возможность поехать на эту охоту ему тоже предоставил тайцзы-дянься, поэтому он и остановился в летнем дворце тайцзы-дянься.
Час назад Сяо Хуаян предстал перед ним, и на его поднятой руке сидел тот самый величественный морской орёл.
— Я даю тебе отличную возможность проявить себя. Если все получится, Бися непременно посмотрит на тебя другими глазами, и это станет твоей великой заслугой, — голос Сяо Хуаяна был чистым и низким; в ночной тишине он напоминал звук опадающей листвы — небрежный, но пропитанный холодом и суровостью поздней осени.
Сяо Хуаян ничего не скрывал от Сяо Чжангэна, даже позволял ему свободно приходить в Дунгун, включая личную библиотеку. Видя те книги и пометки, которые оставлял Сяо Хуаян, Сяо Чжангэн чувствовал к нему одновременно и безграничное почтение, и леденящий ужас.
Этот старший брат-тайцзы становился тем страшнее, чем лучше ты его понимал. Он в полной мере осознал, почему шестой хуансюн, узнав истинное лицо Сяо Хуаяна, предпочел сбежать подальше из имперской столицы. В какой-то момент ему и самому захотелось бежать.
Пока в этой имперской столице находится такой человек, как Сяо Хуаян, он будет подобен невидимому мечу, занесенному над головой, который может бесшумно обрушиться в любой момент.
Если у него будет хорошее настроение, он дарует быструю смерть. Но если настроение будет скверным, удар меча причинит боль до самого костного мозга, превратит в калеку, но не позволит умереть!
— Седьмой-гэгэ, приказывайте, — с глубочайшим почтением произнес Сяо Чжангэн.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
