Цзиньчао в сопровождении Юйсян и Цинпу направилась в приёмную, сказав, что хочет видеть Ло Лю.
Ло Лю, услышав о кончине Цзи-ши, пребывал в великом страхе. Совесть его была нечиста: он полагал, что смерть госпожи наступила из-за замены лекарства. Всё это время он жил в постоянном напряжении и не мог спокойно спать. Увидев, что старшая сяоцзе пришла лично, Ло Лю в ужасе повалился на колени, дрожа всем телом и не смея вымолвить ни слова.
Цзиньчао, отхлебнув чаю, отдала распоряжение управляющему Суню:
— Несколько месяцев назад Ло Лю тайком пробрался во внутренний двор и оскорбил одну из служанок. Девушка таила это в себе несколько месяцев и лишь теперь в слезах пришла ко мне с жалобой. Слушая её, я пришла в подлинную ярость. Ло Лю не место здесь. Управляющий, велите всыпать ему палок и вышвырните из усадьбы!
Она бросила взгляд на Ло Лю, который, съёжившись, дрожал на полу. У неё был свой план: не упоминать пока о случае с Дахуаном, чтобы не спугнуть управляющего Суня. Когда она вытянет правду из Ло Лю, то сможет разделаться и с самим управляющим. Обвинив Ло Лю в домогательствах к служанке, она создала лазейку, через которую могла потянуть на дно их обоих.
Управляющий Сунь сохранял на лице подобие улыбки:
— Старшая сяоцзе… Ло Лю прослужил под моим началом не один десяток лет, он человек простодушный. Возможно, в этом деле кроется какое-то недоразумение? Позвольте спросить, кто та служанка, которую он якобы оскорбил? Когда и где это произошло? И как старшая сяоцзе об этом узнала? Неужели эта девушка сама подала вам жалобу?
В глубине души он презирал Гу Цзиньчао. Все знали, что она за человек. Сегодняшние нападки на Ло Лю он считал не более чем очередной выходкой. Неужели она думает, что на основании одних лишь слов какой-то девчонки сможет избавиться от Ло Лю? Вот когда ребёнок Сун-инян появится на свет и её сделают законной супругой, тогда этой да-сяоцзе Гу будет нечем заняться!
Он обращался с ней как с неразумным ребёнком:
— Где сейчас эта служанка? Старшая сяоцзе, позвольте мне увидеться с ней, чтобы не вышло так, будто мы обвиняем Ло Лю понапрасну.
Ло Лю поспешно закивал:
— Старшая сяоцзе должна верить мне, ваш раб никогда не заходил во внутренний двор, чтобы оскорблять служанок!
Цзиньчао взглянула на него, но ничего не ответила. Вместо этого она кивнула:
— Эта девушка стоит за дверью. Она боится видеть Ло Лю. Если управляющий желает убедиться, пусть выйдет и посмотрит.
Ло Лю наверняка с первого взгляда узнает Юйсян, но управляющий Сунь, ведающий внешними делами, никак не мог знать в лицо второразрядную служанку из покоев Сун-инян.
Управляющий Сунь бросил взгляд за дверь и быстро вышел. Снаружи действительно ждала девушка. Судя по одежде, она не входила в число особо приближённых. Рядом с ней стояла Цайфу, личная служанка старшей сяоцзе.
Юйсян поклонилась управляющему Суню. Тот кивнул и спросил, что именно произошло.
Юйсян, следуя наставлениям Гу Цзиньчао, в слезах поведала управляющему Суню, как Ло Лю приставал к ней:
— Рабыня несла службу в саду подле чуйхуамэнь. В тот день Ло Лю вышел из рощи искривлённых ив, что возле ворот, и оскорбил рабыню. Рабыня… чувствовала, что это пятнает её доброе имя, и долго молчала. Но на душе было неспокойно, и в конце концов, не выдержав, я рассказала всё да-сяоцзе…
Лицо управляющего Суня слегка изменилось. Несколько месяцев назад Ло Лю действительно заходил во внутренний двор, и как раз в районе той самой рощи. Это звучало правдоподобно… Но неужели Ло Лю, с виду такой честный и покладистый, мог натворить подобное?
Управляющий Сунь помрачнел. Как бы то ни было, он намеревался защитить Ло Лю, ведь тот был его доверенным человеком.
Когда управляющий Сунь пригласил Юйсян войти, Гу Цзиньчао подняла на него взгляд и улыбнулась.
Управляющий Сунь тут же сложил руки в приветствии:
— Посмотрите, что за шум поднялся… Давайте я велю высечь Ло Лю и лишу его жалованья на два месяца. Считайте это наказанием за его проступок. Впредь он точно не посмеет так поступать.
Услышав это, Ло Лю в слезах закричал:
— Управляющий Сунь, не верьте словам этой девчонки! Я действительно ни в чём не виноват…
Цзиньчао неспешно проговорила:
— Эта служанка утверждает, что ты вёл себя бесстыдно возле рощи искривлённых ив. Время и место указаны предельно ясно. Если ты не приставал к ней, то что ты делал в этой роще? Неужели замышлял что-то с кем-то другим?
Услышав слова Гу Цзиньчао, управляющий Сунь испугался ещё больше, боясь, что она продолжит развивать эту мысль. Стиснув зубы, он шагнул вперёд и изо всех сил пнул Ло Лю:
— Паршивый пёс, ты ещё смеешь оправдываться!
Ло Лю, дрожа от страха, повалился на пол от удара. Управляющий Сунь нанёс ему ещё несколько пинков:
— Ты посмел сотворить такое постыдное дело, опозорил меня перед старшейе сяоцзе!
Ло Лю стонал от боли, свернувшись в клубок на полу и пытаясь уклониться от ударов.
Цзиньчао, наблюдая за этим, усмехнулась:
— Раз управляющий признал его вину, тогда выведите Ло Лю и забейте палками до смерти. В усадьбе должен быть порядок, нужно наказать его, чтобы предупредить других.
Управляющий Сунь застыл. Неужели да-сяоцзе Гу может быть настолько жестокой?
Ло Лю же, до смерти перепуганный, вскочил и принялся неистово бить поклоны, моля о пощаде:
— Старшая сяоцзе, пощадите! Я… я правда этого не делал! Я пошёл во внутренний двор совсем не ради служанки, мне бы и в голову не пришло так дерзко поступить!
Управляющий Сунь занервничал ещё сильнее, он принялся осыпать Ло Лю пощёчинами, выкрикивая:
— Вздор несёшь! Замолкни!
Ло Лю не понимал, почему тот так внезапно переменился, он был до крайности напуган словами Гу Цзиньчао.
Цзиньчао поставила чашку чая:
— Можешь не спешить, я вовсе не жажду твоей смерти. Без правил не начертишь ни круга, ни квадрата1, ты и сам это понимаешь. Ты совершил проступок, и я смогу простить тебя лишь в том случае, если ты сделаешь нечто, искупающее твою вину…
Ло Лю на мгновение растерялся, не понимая, на что намекает Гу Цзиньчао.
Гу Цзиньчао сделала глоток чая и неспешно произнесла:
— Ты говоришь, что тебя оклеветали, и я готова тебе поверить… Возможно, эта служанка что-то перепутала. Тебе лишь нужно сказать, зачем ты ходил во внутренний двор или кто тебя туда послал. Если найдутся свидетели, ты сможешь очистить своё имя. В противном случае я ничем не смогу тебе помочь.
Услышав слова Гу Цзиньчао, Ло Лю, кажется, начал кое-что понимать. Старшая сяоцзе пришла вовсе не из-за оскорблённой служанки. Она узнала подоплёку дела с Дахуаном и хочет добраться до главного зачинщика!
Лицо управляющего Суня изменилось:
— Старшая сяоцзе хочет сказать, что кто-то велел Ло Лю войти во внутренний двор? Ло Лю служит в приёмной, не пытаетесь ли вы обвинить в чём-то меня?
Цзиньчао с улыбкой смахнула чайную пену:
— Управляющий Сунь, к чему такая спешка? Я ведь не говорила, что это были вы. К чему так волноваться? Если вы будете так бурно реагировать, я могу подумать, что ваша совесть нечиста.
Ло Лю заколебался. Он взглянул на управляющего Суня и увидел, что тот сверлит его яростным взглядом. Он тут же притих, не смея вымолвить ни слова.
Разгневать старшую сяоцзе было не так страшно. Она была лишь пустой фигурой. Если она продолжит обвинять его, управляющий Сунь, возможно, ещё сможет спасти ему жизнь. Но если он пойдёт против управляющего, тогда ему точно не сносить головы…
Ло Лю прошептал:
— Да… старшая сяоцзе, ваш раб, ваш раб действительно позволил себе пару вольных слов в адрес служанки. Но я и пальцем её не тронул! Старшая сяоцзе, прошу, проявите милосердие!
Управляющий Сунь тоже улыбнулся:
— Лишь пара вольных слов… Если старшая сяоцзе будет столь сурова, что велит забить слугу до смерти, это не принесёт вам доброй славы. Лучше я сам высеку его…
Цзиньчао приподняла брови. То, что Ло Лю согласился признать вину, говорило лишь о том, насколько жестокими были методы управляющего Суня.
Она пристально посмотрела на него и с улыбкой произнесла:
— Управляющий Сунь, к чему эти препирательства? У меня есть к вам и другие вопросы. Вчера Сюй-мама приходила узнать о вещах, присланных семьёй Цзи. Вы ответили, что всё давно перепуталось, а реестры пропали. Неужели вы всегда ведёте дела столь небрежно, что допустили подобную путаницу?
Услышав, что дело приняло такой оборот, управляющий Сунь ответил:
— Что старшая сяоцзе хочет этим сказать? Вещи действительно перепутались, я сказал так, потому что не мог их разобрать. И списки составлял не я, вы не можете винить в этом меня… Если о том, как старшая сяоцзе управляет бытом, станет известно лао-е, вам не поздоровится!
Теперь он окончательно понял, что Гу Цзиньчао пришла вовсе не ради Ло Лю. Она хотела свести счёты и найти повод обвинить его в ошибках!
Эта девица ведёт себя совершенно безрассудно! Сун-инян носит дитя, и Цзиньчао следовало бы притаиться, а она так бесчинствует. Похоже, в будущем её ждёт лишь притеснение!
Пока он предавался этим надменным мыслям, снаружи послышался шум. Казалось, кто-то силой прорывается в приёмную. Раздались голоса слуг:
— Это приёмная, как вы смеете входить сюда с дао (мечом) в руках… А ну стойте! Кто вам разрешил!
Вслед за этим прозвучал холодный голос Сюэ Шилю:
— Так велела старшая сяоцзе. Проваливай!
Оказалось, это Сюй-мама привела Сюэ Шилю!
Цзиньчао, услышав голос Сюэ Шилю, произнесла:
— Раз охранник Сюэ прибыл, пусть заходит со своими людьми. Тут один слуга не знает правил, я как раз собиралась приказать забить его палками до смерти и оттащить на кладбище для бездомных!
Ло Лю и управляющий Сунь изменились в лице. Оказывается, да-сяоцзе Гу привела с собой охранников, служивших при жизни Цзи-ши!
Что же она задумала? Неужели действительно хочет убить Ло Лю?
Сюэ Шилю вошёл первым, за поясом у него висел дао. Он был рослым и крепким, с огромными ладонями. Увидев его, Ло Лю почувствовал, как у него подкашиваются ноги… Всем было известно, что Сюэ Шилю был выходцем из школы боевых искусств семьи Сюэ в Тунчжоу, которую поддерживала Цзи-ши! Никто из стражи семьи Гу не мог справиться с ним в одиночку.
Сюэ Шилю глухо спросил:
— Старшая сяоцзе говорит об этом человеке?
Он указал на Ло Лю, и казалось, ждал лишь одного подтверждения от Гу Цзиньчао, чтобы тут же наброситься и забить того до смерти.
Ло Лю в ужасе посмотрел на Сюэ Шилю и вдруг, вцепившись в ноги управляющего Суня, взмолился:
— Управляющий Сунь, спасите меня! Я не хочу умирать!
Управляющий Сунь мрачно смотрел на Гу Цзиньчао и лишь спустя долгое время холодно произнёс:
— Старшая сяоцзе, сейчас Сун-инян носит дитя. Своими поступками вы тревожите покой и инян, и лао-е. Вам следует хорошенько подумать.
Он хотел предостеречь Гу Цзиньчао: если она умна, то поймёт, что не стоит трогать людей Сун-инян!
Цзиньчао, разумеется, поняла его намёк и слегка улыбнулась:
— Вы всё ещё надеетесь, что Сун-инян станет вам опорой? Сейчас в семье Гу ей больше нет места, управляющий Сунь, вы совсем не умеете оценивать время и взвешивать обстоятельства. Если так, я не стану вам мешать. Прямо сейчас отправьте кого-нибудь в Линьяньсе сообщить об этом, и посмотрим, посмеет ли Сун Мяохуа сказать хоть слово!
У управляющего Суня екнуло сердце. Что она имела в виду? Хотя Сун-инян была наказана… но она беременна, а значит, её ждёт блестящее будущее!
Он долго молчал, прежде чем велел слуге сходить в Линьяньсе и доложить обо всём Сун-инян.
Гу Цзиньчао медленно пила чай. Вскоре слуга вернулся с испуганным лицом и прошептал управляющему Суню:
— Снаружи Линьяньсе стоят старухи-стражницы, внутрь не пускают. Я заглянул краем глаза — там всего лишь две маленькие служанки, и никто больше не прислуживает. Вашему рабу не удалось увидеть даже Сун-инян…
- Без правил не начертишь ни круга, ни квадрата (无规矩不成方圆, wú guīju bù chéng fāngyuán) — идиома, означающая, что без установленных правил невозможно добиться порядка. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
