Императрица Чу: Хуачэн в движении — Глава 50. Принц

Время на прочтение: 5 минут(ы)

Сад Ванчуньюань был путевым дворцом, построенным императором для Чжао-гуйфэй. Он располагался в западном пригороде столицы. Поначалу император с супругой проводили здесь больше половины года, но в последние годы его здоровье пошатнулось, он стал слишком слаб и перестал покидать императорский дворец.

Третий принц очень любил читать. Он выпросил Сад Ванчуньюань у отца и, уехав из императорского дворца, поселился там. Здесь он чувствовал себя в своей стихии и с каждым днём увлекался чтением всё сильнее. В конце концов, читать в одиночестве ему наскучило, и он решил устроить литературное собрание.

В весеннем императорском саду, среди буйного цветения, стояла беседка, со всех сторон занавешенная кисеёй. Сквозь полупрозрачную ткань угадывался силуэт возлежащего внутри человека. Группа евнухов вместе с танцовщицами и музыкантами, державшими в руках различные инструменты, отступили в сторону — очевидно, их танец и музыку прервали.

Лишь немногие могли позволить себе помешать императору наслаждаться искусством: кроме гуйфэй и наследного принца, это был Третий принц.

— Отец-император, я уже всё придумал. Награды, которые я назначу, должны быть из ряда вон выходящими.

Это был молодой человек лет двадцати с небольшим, с тонкими чертами лица и несколько болезненным цветом кожи. Волосы его были небрежно заколоты простой деревянной шпилькой, а широкие одежды казались неподходящими по размеру, словно он набросил их в спешке перед самым приходом. Но стоило ему заговорить, как он замахал руками, и глаза его радостно заблестели.

— Награды… Жаловать золото, серебро или жемчуг — не годится. Жаловать редкие книги или уникальные рукописи… А может быть, отец-император, вы собственноручно напишете каллиграфический свиток для победителя?

Словно задремавший в беседке император хмыкнул:

— Ты устраиваешь собрание, так почему награду должен давать я?

Третий принц улыбнулся:

— Потому что вы, отец-император, превосходите всех своими талантами и познаниями.

Император холодно усмехнулся:

— Неужели? А я слышал, ты говорил людям, будто мои познания ничтожны, а в поэзии и прозе я ничего не смыслю.

Третий принц почесал затылок:

— Разве я такое говорил? Забыл. Впрочем, таланты ваши и впрямь невелики.

Стоявшие по обе стороны евнухи смотрели на кончики своих носов, а носы — на сердца¹. Они уже привыкли к подобному. Третий принц всегда был таким легкомысленным и дерзким.

С глухим стуком из-за занавесок вылетел кувшин. К счастью, он был пуст, и на одежду Третьего принца попали лишь капли, разнесшие аромат вина.

— Прочь, прочь! — выругался император. — Что толку гордиться парой прочитанных книг? Посмотри на себя, на кого ты похож! Любой бесполезный старый книжник выглядит бодрее тебя.

Третий принц ничуть не испугался гнева отца. Нахмурившись, он возразил:

— Почему это я бесполезен? Учителя хвалят мои способности. Отец-император, вы часом не завидуете?

Третий принц не боялся, что император умрёт от гнева, и евнухи тоже не тревожились, продолжая стоять с покорно склонёнными головами.

Издалека медленно подошли два человека. Увидев, как из беседки вылетают тарелки с фруктами, Третий принц, сидевший снаружи на коленях, обхватил голову руками, уворачиваясь.

Один из пришедших был крепкого телосложения, одет в парчовые одежды, с багрово-чёрным лицом. Голос его звучал громогласно:

— Сань-диди, ты снова пришёл злить отца-императора.

С этими словами он в несколько шагов подошёл и рывком поднял Третьего принца на ноги.

Он был всего на пять-шесть лет старше брата, и ростом они были почти равны, однако он с лёгкостью вздёрнул его вверх.

— Отпусти меня! — гневно закричал Третий принц.

Тот хохотнул и разжал руки.

Третий принц в ярости тряхнул рукавами:

— Позор для благородного человека! Разве подобает наследному принцу так себя вести!

Евнухи, собиравшиеся было поприветствовать пришедших, снова замерли на месте, опустив головы ещё ниже.

Тот человек — наследный принц — ничуть не обиделся, лишь презрительно бросил:

— А ты разве похож на сына нашего отца? «Благородство, благородство»… Разве благородство может умиротворить Поднебесную?

Третий принц разозлился ещё сильнее и холодно усмехнулся:

— Какое мне дело до Поднебесной!

Братья начали говорить друг другу дерзости, когда из-за занавесок раздался голос императора. Однако он не стал прерывать их ссору, а позвал другого человека:

— А-Сюнь, иди сюда, присядь.

Только тогда двое евнухов засуетились, мелкими шажками подбежали к беседке и откинули кисею, открывая взору возлежащего императора.

Император был очень похож на Третьего принца — те же тонкие черты лица, но он уже состарился, щёки его впали, и за болезненной хрупкостью проглядывало увядание.

Сяо Сюнь, шедший вместе с наследным принцем и остановившийся в нескольких шагах, поспешно склонился в поклоне:

— Приветствую Ваше Величество.

Его воспоминания об императоре относились ещё к детству; тогда Его Величество был полным сил мужчиной средних лет.

— Не нужно церемоний, у меня здесь нет строгих правил, — безучастно произнёс император. — Ты так учтив, что на твоём фоне эти двое выглядят совсем уж непотребно.

Сяо Сюнь не знал, как на это реагировать, и на мгновение растерялся.

Наследный принц рассмеялся:

— Отец-император, браните нас, сколько угодно, но не пугайте А-Сюня. — После чего он схватил Сяо Сюня за руку. — Пойдём, посидишь со мной.

У Сяо Сюня не было сил сопротивляться. Наследный принц затащил его в беседку и усадил рядом с императором.

— Отец-император, Сань-диди снова докучал вам? — спросил наследный принц. — Я ещё в армии слышал, что он собирается устроить какое-то книжное собрание. Видно, ему мало самому сходить с ума, он хочет заразить этим безумием всех столичных грамотеев.

Третий принц пришёл в ярость:

— Это ты с ума сходишь! А это — чтение, чтение! Самое возвышенное занятие в подлунном мире!

Император, не обращая на них внимания, посмотрел на Сяо Сюня и слегка улыбнулся:

— Наследный принц говорил мне, что ты уже несколько дней в столице, но я плохо себя чувствовал и не мог тебя принять.

Сяо Сюнь почтительно ответил:

— Ваш подданный знал, что Ваше Величество недомогаете. Я желал навестить вас, но не смел тревожить. Наследный принц приводил меня к дверям ваших покоев, чтобы я совершил поклон.

Император издал неопределённый звук, в его глазах читалось лёгкое хмельное забытьё.

— А зачем ты прибыл в столицу?

— Отец-император, я же вам рассказывал: он оказал небольшую услугу ведомству верховного судьи. Но вот незадача — в его краях объявились разбойники, наделали много шума. Он доставил людей в столицу и явился к императорскому двору, чтобы принять наказание, — опередил его с ответом наследный принц и указал на Сяо Сюня: — Ты слишком осторожен. За что тут наказывать? И вообще, незачем было ехать в столицу за карой, нужно было просто перебить всех этих разбойников до единого.

Сяо Сюнь поспешил добавить:

— Дянься, я уже отдал приказ о зачистке. Ещё до въезда в столицу я получил известие, что все разбойники уничтожены, а голову их главаря выставили на городских воротах на всеобщее обозрение.

Наследный принц всё равно покачал головой с сожалением:

— Какой смысл, если их убил кто-то другой? В таких делах нужно участвовать лично. — Он взмахнул рукой, подняв резкий порыв ветра. — Собственноручно снести голову вожаку — вот это доблесть!

Сяо Сюнь с улыбкой ответил:

— Хоть я и не боюсь разбойников, но идти убивать их — это не по мне.

Наследный принц сжал плечо Сяо Сюня:

— Я помню, в детстве ты очень любил упражняться с оружием. Как же за столько лет ты стал таким щуплым? Совсем забросил занятия… Смотри, не превратись в такое же подобие человека, как Сань-диди…

Третий принц холодно усмехнулся:

— Тот, кто умеет вести войну, покоряет чужую армию, не сражаясь; берёт чужие крепости, не осаждая; сокрушает чужое государство, не затягивая войны²…

Он не успел договорить — полупьяный, отрешённый император внезапно рявкнул:

— Замолчи!

Император схватил со стола предмет. К этому времени он уже разбросал почти всё, что было под рукой, — поэтому он схватил туфлю и швырнул её в Третьего принца.

— Прочёл пару книг и уже смеешь поучать наследного принца! — ругался он. — Может, тебе и место наследника уступить, а?

Третий принц уклонился от удара и обиженно воскликнул:

— Отец-император, я вовсе не это имел в виду! Вы всё превратно толкуете!

Наследный принц не рассердился, а лишь расхохотался:

— Отец-император, Сань-диди и впрямь не меня поучает. Он просто пускает пыль в глаза и мнит о себе невесть что. Не стоит на него сердиться.

Император холодно хмыкнул и не стал бросать вторую туфлю.

Третий принц встряхнул помявшуюся одежду:

— Я от чистого сердца планировал великое торжество, хотел пригласить отца-императора разделить со мной радость. Но теперь вижу — полно, забудьте.

Наследный принц улыбнулся:

— Сань-диди, не горячись. Я приду поддержать тебя.

Третий принц даже не подумал благодарить:

— Дянься, только не приводите с собой толпу вояк, чтобы они не испортили моё литературное собрание. — Сказав это, он склонился в поклоне: — Ваш сын удаляется.

Не дожидаясь дозволения императора, он встал и, взмахнув широкими рукавами, ушёл.

---

1. Глаза смотрят на нос, а нос — на сердце (眼观鼻，鼻观心, yǎn guān bí, bí guān xīn) — идиома, описывающая состояние глубокой сосредоточенности или покорного молчания, когда человек избегает лишних взглядов и движений. ↩︎
2. Тот, кто умеет вести войну, покоряет чужую армию, не сражаясь; берёт чужие крепости, не осаждая; сокрушает чужое государство, не затягивая войны (善用兵者，屈人之兵而非战也，拔人之城而非攻也，毁人之国而非久也, shàn yòng bīng zhě, qū rén zhī bīng ér fēi zhàn yě, bá rén zhī chéng ér fēi gōng yě, huǐ rén zhī guó ér fēi jiǔ yě) — цитата из трактата Сунь-цзы «Искусство войны», подчёркивающая превосходство стратегии над грубой силой. ↩︎

Выдающийся талант — Список глав