К подобным сценам император и Наследный принц давно привыкли, а потому не сердились.
— И впрямь, шум невыносимый, — промолвил император. — Разве книжники не должны быть учтивыми?
Наследный принц рассмеялся:
— Отец-император, велите Третьему принцу поменьше читать, да подберите ему побольше наставников по верховой езде и стрельбе из лука, тогда у него и сил на споры не останется.
Император посмотрел на него и холодно усмехнулся:
— Наставников по верховой езде и стрельбе? — Он схватил второй туфель и запустил в сына. — Если у них есть сила, значит, им можно избивать сановников императорского двора? Если ты ещё хоть раз посмеешь превратить мой зал Цзиньлуаньдянь [«Зал Золотого феникса»] в плац для тренировок, я велю тебе до конца дней служить наставником по верховой езде.
Наследный принц вскинул руку и поймал туфель:
— Да, да, я понял. — Он подполз на коленях к императору и помог ему обуться. — Отец-император, у вас слишком добрый нрав, вы совсем избаловали этих чиновников. Порой они ведут себя просто вызывающе, и хорошая порка пошла бы им на пользу.
Император пнул его ногой.
Наследный принц был крепкого сложения, так что императору не удалось даже сдвинуть его с места. Принц сам со смехом повалился назад, а затем повернулся и позвал А-Сюня:
— А-Сюнь, поговори ты с Его Величеством. Только тебе под силу его не расстраивать.
Сяо Сюнь улыбнулся:
— Дома я тоже часто злю своего отца, и он гневается только на меня. Если кто-то другой захочет его рассердить, отцу будет просто лень на это отвлекаться.
Наследный принц расхохотался:
— А ты и впрямь мастер слова!
Император посмотрел на Сяо Сюня, и в его глазах промелькнула печаль:
— Ты очень похож на своего отца.
Сяо Сюнь коснулся своего лица:
— Моя мать часто говорит, что я не так хорош собой, как отец. Особенно эти глаза — слишком маленькие, в мать пошли. Не чета вашим с отцом глазам, большим и выразительным.
Император рассмеялся, а вслед за ним и Наследный принц.
— А мои глаза, напротив, пошли в отца-императора, — принц указал на себя. — Совсем не как у матери-императрицы.
Император взглянул на сына с лёгким пренебрежением:
— У твоей матери-императрицы были красивые глаза. Унаследуй ты её черты, и внешность твоя была бы куда приятнее.
К пренебрежению вновь примешалась грусть — он вспомнил покойную императрицу. Супруги с юных лет, они не смогли вместе встретить старость.
— Я уже и сам плохо помню, как она выглядела.
— Отец-император, — Наследный принц согнул руку, демонстрируя мускулы, — какая польза от красоты? Куда важнее мощь. Быть крепким и здоровым — лучше всего.
Император снова рассердился:
— А голова? Разве для управления Поднебесной не нужны мозги?
Наследный принц невозмутимо ответил:
— Отец-император, моих собственных мозгов на всё всё равно не хватит. Достаточно лишь умело использовать тех людей в Поднебесной, у кого они есть.
Император промолчал и, больше не обращая на него внимания, спросил Сяо Сюня:
— Как сейчас твой отец? Ноги всё ещё часто болят?
Сяо Сюнь покачал головой:
— В остальное время всё хорошо, но в пасмурные дни ломота возвращается. — Он снова улыбнулся. — Зато духом отец бодр: ест, спит и развлекается вволю. Моя главная забота в том, что отец стал слишком тучен, а я никак не могу заставить его есть поменьше.
Император вновь расхохотался:
— Чего ты боишься? Неужто опасаешься, что отец проест всё твоё наследство? Не беспокойся, сколько бы он ни съел, я возмещу тебе вдвое.
Сяо Сюнь улыбнулся:
— Благодарю Ваше Величество. Тогда я буду только рад, если отец станет есть побольше.
Император смеялся так сильно, что ему пришлось прижать ладонь к груди, чтобы не сбилось дыхание. Наследный принц тоже смеялся, искренне восхищаясь:
— Я же говорил, что А-Сюнь лучше всех умеет радовать отца-императора. Тебе определённо стоит подольше пожить в столице.
— Старший брат, — Сяо Сюнь обратился к нему так, как они называли друг друга в детстве, и с улыбкой добавил: — Издалека веет ароматом, а вблизи — дурным запахом1. Стоит мне задержаться подле Его Величества подольше, как я начну ему докучать. Лучше уж я буду подальше, чтобы Его Величество вспоминал обо мне только хорошее.
Принц и император снова рассмеялись.
— Ладно, ладно, — император махнул рукой и зевнул, словно утомившись от смеха. — Раз уж приехал, задержись в столице на несколько дней.
Наследный принц подхватил:
— Верно! Пойдём со мной на площадку для тренировок, я покажу тебе кое-что интересное.
Император сердито взглянул на него:
— Какая ещё площадка для тренировок? — Он указал пальцем в сторону. — А-Сюнь может сходить на литературное собрание к Третьему принцу. Хоть от этих сборищ и нет никакого толка, там по крайней мере будет оживлённо.
Несмотря на брань, император всё же помнил о просьбе Третьего принца. В глазах Наследного принца что-то промелькнуло, и он с улыбкой произнёс:
— Это хорошая мысль. Третий брат не любит, когда прихожу я, но тебе он точно будет рад.
Раз император приказал, Сяо Сюнь, разумеется, склонил голову в знак согласия.
Увидев, что дела обсуждены, вперёд выступили евнухи и с улыбками произнесли:
— Вашему Величеству пора принимать лекарство.
Император махнул рукой принцу и Сяо Сюню:
— Ступайте. Когда освободитесь… хотя нет, даже если будете свободны, не вздумайте приходить ко мне без дела.
Наследный принц с улыбкой поклонился, но, глядя на поднос с пилюлями в руках евнуха, не удержался:
— Отец-император, на самом деле незачем принимать все эти пилюли. Если бы вы каждый день упражнялись со мной в верховой езде и стрельбе…
Он не успел договорить: император схватил крышку от сосуда с лекарством и запустил в него.
— Проваливай!
Сяо Сюнь вежливо отклонил приглашение Наследного принца поупражняться в стрельбе и направился к себе. У самых дворцовых ворот он столкнулся со знакомым человеком.
— Дэн-дажэнь, — поспешно окликнул его Сяо Сюнь.
Дэн И остановился и поклонился:
— Шицзы.
Во время их совместного пути Дэн И был не особо разговорчив и не проявлял к нему особого радушия, но раз уж они встретились, Сяо Сюнь счёл нужным поздороваться. Будь на месте Дэна И та Чу Чжао, Сяо Сюнь бы притворился, что не заметил её.
Впрочем, скорее всего, та девушка сама бы сделала вид, что не видит его, или просто развернулась бы и ушла.
Сяо Сюнь невольно усмехнулся.
— У шицзы, никак, доброе настроение, — заметил Дэн И. — Вы ведь только что виделись с Его Величеством?
Сяо Сюнь с улыбкой кивнул:
— Да, вместе с Наследным принцем. — Подробности встречи с императором обсуждать не полагалось, поэтому он мимоходом спросил: — У Дэн-дажэня есть какое-то поручение?
— Нет, — ответил Дэн И. — Я иду вручать подарок.
Сяо Сюнь опешил. Шутка это была или правда?
Он считал, что всегда легко находит общий язык с людьми, но стоило ему столкнуться с Дэн И или Чу Чжао, как всё шло наперекосяк.
Дэн И сложил руки в приветствии:
— Желаю шицзы доброго пути, а нижайший слуга откланивается.
Сяо Сюнь кивнул и смотрел, как Дэн И проходит мимо него в сторону Западного сада императорского города, где располагались управы Шести министерств. Неужели он и впрямь пошёл дарить подарки?
Сяо Сюнь не сдержал улыбки. Каждая поездка в столицу открывала ему что-то из ряда вон выходящее.
Почтовая станция находилась недалеко от императорского города, поэтому Сяо Сюнь в повозке быстро добрался до места. Умывшись и переодевшись, он присел отдохнуть. В комнату вошёл книжник в зелёных одеждах; Те Ин, заметив это, вышел наружу и встал на страже у двери.
— Шицзы, вы виделись с Его Величеством? — спросил книжник.
Сяо Сюнь кивнул:
— Я виделся не только с Его Величеством, но и с Наследным принцем и Третьим принцем.
— И что шицзы думает о них? — снова спросил книжник.
Сяо Сюнь сжал фарфоровую чашу, глядя на прозрачный чай.
— Всё как в детстве: Его Величество полон подозрений и слепо благоволит Третьему принцу. Наследный принц заносчив, но знает, как напомнить Его Величеству о любви к себе. Третий принц коварен и двуличен. — Сяо Сюнь покачал головой. — Зачем отцу понадобилось отправлять меня в такую столицу? Разве для людей нашего положения здесь не опаснее всего?
Безумие охватило не только императора, принцев и их родню. Даже мелкий чиновник вроде Дэна И или девица вроде Чу Чжао вели себя крайне странно.
Столица кажется процветающей, но на деле она подобна груде сухого хвороста — хватит одной искры, чтобы всё кругом полыхнуло.
Разве не следовало им держаться подальше от столь опасного места?
— Сегодня Его Величество расспрашивал об отце, а Наследный принц и вовсе хотел оставить меня в столице в качестве заложника. Они по-прежнему не оставили подозрений в отношении отца.
Книжник произнёс:
— Шицзы, чем опаснее место, тем выше вероятность встретить в нём нежданную радость.
Для обычных людей «нежданная радость» могла означать что угодно, но для человека ранга Чжуншань-вана смысл был лишь один.
Сяо Сюнь крепче сжал чашу и после минутного молчания тихо промолвил:
— А-Сюнь готов молиться за отца.
- Издалека веет ароматом, а вблизи — дурным запахом (远香近臭, yuǎn xiāng jìn chòu) — образное выражение, означающее, что на расстоянии люди кажутся лучше, чем при ближайшем знакомстве. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
