Сяо Хуаян, стоявший неподалёку, нахмурился, услышав это. Он и не подозревал, что Сяо Вэньси питает к нему подобные чувства!
— У цзюньчжу проницательный взор, — Сяо Вэньси открыто улыбнулась. — В искусстве приготовления чая Вэньси кое-чему украдкой научилась у дянься. Мы с дянься виделись лишь дважды и не являемся близкими людьми. Если и говорить о связи, то мы не более чем двоюродные брат и сестра.
Шэнь Сихэ не получила желаемого ответа, но не подала виду, лишь слегка кивнула.
В душе же Сяо Вэньси не было покоя. Она втайне наблюдала за Сяо Хуаяном три года. Ещё три года назад она узнала его истинное лицо, познала его талант, способный охватить небо и землю, и его умение переворачивать облака и вызывать дождь 1.
Он любил готовить чай, но никогда не делал этого для других — даже Бися и тайхоу ни разу не пробовали чай, приготовленный им лично.
И всё же он готовил чай для Чжаонин-цзюньчжу, причём, судя по её словам, делал это не единожды, а, скорее всего, постоянно.
Тот мужчина, что прежде стоял словно на алтаре, не тронутый мирской пылью, теперь тоже обрёл земной дух, но это никак не было связано с ней.
— Старший ланцзюнь, — в этот момент снаружи служанка присела в поклоне.
Шэнь Сихэ обернулась и действительно увидела Сяо Фусина — Сяо Хуаяна, принявшего облик Сяо Фусина.
Чжанчжунская принцесса Жуяна не знала, что Сяо Хуаян придёт сегодня, и даже не поняла, что перед ней не её сын. С приветливой улыбкой она осталась сидеть, а вот Сяо Вэньси несколько опешила. Она застыла, поднимаясь, и лишь когда стоящая позади служанка потянула её за рукав, пришла в себя и совершила приветственный поклон:
— А-Сюн.
— Цзюньчжу, — сначала он поприветствовал старшую принцессу, затем Шэнь Сихэ и лишь после этого сухо отозвался Сяо Вэньси.
Его холодность заставила старшую принцессу перевести взгляд с одного на другую, и она всё поняла. Однако она не подала виду, а лишь сказала:
— Брат и сестра повздорили?
— Это я виновата, просила у А-Сюна вещь, которой он дорожит, — первой ответила Сяо Вэньси.
Сяо Хуаян произнёс:
— Ты знаешь мой нрав. То, чем я дорожу, не терпит чужих посягательств.
Лицо Сяо Вэньси слегка побледнело:
— Да, Вэньси ведомо это.
В лёгком ветерке донеслось едва уловимое знакомое благоухание аромата Догаро. Шэнь Сихэ наблюдала за реакцией старшей принцессы и Сяо Вэньси. Неужели этот человек — настоящий Сяо Фусин?
Чжанчжунская принцесса Жуяна, уступив жалости, промолвила:
— Чай готов. А-Сюн всегда любил тебя, но ты должна знать меру, впредь не серди А-Сюна.
— Я поняла, — Сяо Вэньси через силу улыбнулась и принялась разливать чай.
Шэнь Сихэ хранила молчание. В поведении этой семьи из трёх человек не было ни малейшего изъяна. Значит, под личиной Хуа Фухая и остальных всё время скрывался Сяо Фусин.
Она не верила, что кто-то способен настолько искусно притворяться другим человеком, что даже ближайшие родственники, живущие бок о бок, не смогут почуять подвоха.
Тем более она не верила, что кто-то решится выдавать себя за другого, будучи настолько дерзким, чтобы позволить всем окружающим знать об этом и даже без малейшего стеснения подыгрывать в этом спектакле.
Чаша с чаем от Сяо Вэньси оказалась в руках Шэнь Сихэ. Аромат был насыщенным, но приятным:
— Сяо-нянцзы использовала благовония при приготовлении чая?
Обычно при варке чая использовали приправы, такие как соль, порошок перца или имбирь.
— Пусть цзюньчжу попробует, — Сяо Вэньси улыбнулась, не давая прямого ответа.
Пригубив, Шэнь Сихэ обнаружила, что исконный аромат чая сохранился полностью, но к нему добавилась нотка иного, необычного благоухания. Такой напиток очень подходил женщинам, но для мужчин был не так хорош.
Сяо Хуаян, отпив, слегка сдвинул брови:
— Аромат чая уже помутнел.
— Для девушек в чае важен вкус, а для юношей — крепость, — Шэнь Сихэ замолвила слово за Сяо Вэньси. — Благодарю за чай, Сяо-нянцзы.
Получив признание, Сяо Вэньси обрадовалась и ответила на прежний вопрос:
— В этот чай не добавлялись благовония во время варки. Во время обжарки чая их сушили вместе с заваркой. Чайный блин пропитывался ароматом, а затем его растирали в порошок.
— Вот оно как. У Сяо-нянцзы чудесные и необычные идеи, Чжаонин по возвращении тоже попробует так сделать, — улыбнулась Шэнь Сихэ.
Сяо Хуаян, осознав чувства Сяо Вэньси к себе, почувствовал сильное отвращение. Видя, что Шэнь Сихэ ничего не заметила, и её недавние расспросы были не проявлением ревности, а лишь праздным любопытством, он ощутил ещё большее недовольство.
Наблюдая за их милой беседой, он не удержался от придирки:
— Вода не дошла до трёх кипений 2, терпкость не ушла.
В варке чая существует три кипения. Первое кипение — подобно рыбьим глазам, с лёгким звуком, тогда чай пить нельзя, вкус ещё не раскрылся; второе кипение — по краям словно бьёт родник нанизанным жемчугом, тогда чай пить неприятно, вкус горький и терпкий; третье кипение — когда волны вздымаются и рокочут, это лучшее время для питья, тогда чай сладкий, гладкий и ароматный.
После третьего кипения чай более варить нельзя, такая вода считается старой и вредной для здоровья.
— А-Сюн даёт верные наставления, впредь я буду внимательнее, — склонила голову Сяо Вэньси.
Шэнь Сихэ сделала ещё глоток. На самом деле терпкость чая была почти неуловима, вода уже практически достигла третьего кипения. Непонятно, почему Сяо Фусин был столь придирчив.
Более того, Шэнь Сихэ не вполне одобряла его поведение. Сяо Вэньси — его родная сестра, и если в чём-то она была неправа, не следовало указывать на это при гостье. Если бы Шэнь Юньань поступил так, она бы целый месяц с ним не разговаривала.
Однако это были чужие семейные дела, в которые ей, посторонней, не следовало вмешиваться. К тому же цель её визита была достигнута. Шэнь Сихэ почувствовала, что присутствие Сяо Фусина здесь лишь мешает и портит настроение, поэтому не стала задерживаться надолго. Посидев ещё немного, она отклонила настойчивые просьбы старшей принцессы остаться и ушла.
Как только Шэнь Сихэ скрылась из виду, лицо Сяо Хуаяна изменилось. Оставаясь в облике Сяо Фусина, он окинул их холодным взглядом:
— Тётя, сегодня ради уважения к вам я не стану взыскивать с неё, но пусть это не повторится.
Эти слова звучали как предупреждение Сяо Вэньси, но также были уроком для Чжанчжунской принцессы Жуяна. Ведь именно она отправила приглашение Шэнь Сихэ.
— Прошу прощения, дянься, старая женщина позволила себе вольность на этот раз, — сказала принцесса, собираясь опуститься на колени.
Сяо Хуаян вовремя поддержал её:
— Тётя, я отношусь к сестре так же, как к А-Сюну. То, что она сменила фамилию на вашу, сделало её ещё ближе ко мне. Она взрослеет, вам лучше поскорее найти для неё ланцзюня. Как только закончится траур, можно будет сыграть свадьбу.
Сяо Вэньси в этом году исполнилось семнадцать, но она только что потеряла отца. Траур продлится три года, и к моменту его окончания ей будет двадцать лет — возраст весьма почтенный даже для нынешней династии. Если не начать поиски сейчас, позже найти достойного ланцзюня будет крайне трудно.
Сяо Вэньси резко подняла голову, её глаза покраснели. Она закусила губу, не зная, что и думать. Когда Сяо Хуаян собрался уходить, она преградила ему путь:
— Вэньси бесталанна, но может ли она просить дянься стать сватом? Ваше сердце чисто, словно зеркало, вы лучше всех умеете отличать добро от зла.
— Я умею отличать добро от зла, но не знаю, добро ты или зло, — глаза Сяо Хуаяна сверкнули ледяным блеском. — Пока живы тётя и А-Сюн, я не допущу, чтобы ты досталась волкам и шакалам. Но помыслы твои нечисты, так как я могу позволить тебе погубить достойного ланцзюня?
Сказав это, Сяо Хуаян стремительно ушёл.
Сяо Вэньси в изнеможении опустилась на землю. Слёзы, словно сорвавшиеся с нити жемчужины, катились одна за другой:
— Я лишь хотела повидаться с ней, просто повидаться… Почему же мои помыслы стали нечистыми?
— Сестра, тебе не следовало намеренно доставать такой же чайный сервиз, как у дянься, желая вызвать недопонимание у цзюньчжу, — вздохнул Сяо Фусин.
Он понимал, в чём ошибка сестры, и догадывался, почему дянься так разгневан. Вероятно, ещё и потому, что цзюньчжу, узнав сервиз, не проявила ни капли ревности.
Оказалось, дянься всё ещё любит безответно.
***
- Талант, способный охватить небо и землю, и умение переворачивать облака и вызывать дождь (经天纬地之才，翻云覆雨之能, jīng tiān wěi dì zhī cái, fān yún fù yǔ zhī néng) — идиомы, описывающие выдающиеся способности к созиданию и великое могущество в делах правления. ↩︎
- Три кипения (三沸, sān fèi) — стадии закипания воды при приготовлении чая, описанные в «Чайном каноне» Лу Юя: появление пузырьков («рыбьи глаза»), возникновение цепочек пузырьков по краям («жемчужные нити») и бурное кипение («вздымающиеся волны»). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
