Шэнь Сихэ с улыбкой тихо ответила согласием.
— Неужели всё настолько серьезно? — не понимала Бу Шулинь.
Пусть они и находились в противоборствующих лагерях с Бися, и тот не был человеком мягкосердечным, но разве проступок принцессы Янлин мог довести ее родного отца до того, что он возжелал ее смерти?
— Если бы это были обычные времена, до такого, конечно, не дошло бы, — Шэнь Сихэ поглаживала шерстку Дуаньмин. — Но Бися усердно трудился более десяти лет, ожидая сегодняшнего дня, чтобы объявить послам варварских земель, что наш небесный дом впредь не будет выдавать дочерей замуж для поддержания мира с четырьмя варварскими народами, однако принцесса Янлин разрушила всё в одночасье.
Это определенно была не просто аморальная и бесстыдная любовная интрижка. Это было равносильно тому, как если бы амбиции императора Юнин, набравшие полную силу, внезапно перехватили за горло, заставив его кипящую кровь застыть в жилах.
О случившемся между принцессой Янлин и Му Нуха стало известно всему двору. Если бы император Юнин сейчас объявил, что впредь не будет заключать политических браков, разве это не превратилось бы в посмешище?
— У Бися действительно были такие намерения, — пробормотала Бу Шулинь.
Какими бы ни были истинные мотивы императора, такая твердость в вопросе политических браков вызвала у Бу Шулинь невольное уважение.
Будучи девушкой, она терпеть не могла все эти высокопарные рассуждения о том, что женщины должны жертвовать собой ради мира между двумя сторонами. Она считала это трусливым и бессильным компромиссом мужчин.
Как Бу-шицзы пограничных земель, она лучше обычных людей знала, как горько и печально живется ханьским женщинам, выданным за иноплеменников, даже если они уезжали в статусе принцесс.
— А-де говорил, что принцессы, выданные в Тубо, долго не живут, они все увядают там от тоски, — вздохнула Бу Шулинь. — Почему наше великое государство не может проявить силу и пресечь практику таких браков? Эти политические свадьбы заставляют меня чувствовать, что все эти подношения от десяти тысяч стран — просто шутка! 1
— Мне тоже не по душе политические браки, — согласилась Шэнь Сихэ. — Поэтому, если принцесса Янлин умрет, Бися всё еще сможет совершить свой великий подвиг по прекращению браков, и это даже будет выглядеть более оправданно.
— Верно! — глаза Бу Шулинь загорелись. — Если принцесса Янлин умрет, особенно от рук Му Нуха, Бися сможет открыто воспользоваться этим предлогом. Его слова о прекращении браков прозвучат торжественно и справедливо, и даже у простолюдинов не найдется ни единого слова для упрека.
Жива принцесса Янлин или нет, Бу Шулинь совершенно не волновало. Особенно когда она узнала, что та подстрекала четвертую принцессу причинить вред Шэнь Сихэ. В тот день она своими глазами видела, как четвертая принцесса со всей силы ударила кнутом лошадь, на которой ехала Шэнь Сихэ, и ей нестерпимо захотелось броситься вниз и разорвать четвертую принцессу на куски.
Если бы Шэнь Сихэ не была столь удачлива… При мысли о том гигантском змее Бу Шулинь до сих пор бросало в дрожь.
— А-Линь, — внезапно ласково позвала Шэнь Сихэ.
Бу Шулинь вздрогнула от необъяснимого предчувствия и инстинктивно отклонилась назад, с опаской глядя на Шэнь Сихэ:
— Ты… если есть поручение, так и скажи…
Шэнь Сихэ продолжала улыбаться:
— У меня нет поручений, я просто хочу свести с тобой счеты.
— Свести счеты? — Бу Шулинь была в замешательстве.
— Мм, — кивнула Шэнь Сихэ. — Бися изначально собирался окончательно разорвать отношения с Тубо и планировал забрать твою маленькую жизнь, чтобы спровоцировать твоего а-де и заменить командование армией Южного Шу. В этом деле есть и моя заслуга, но Цуй Шаоцин уже всё устроил. Я уверена, что даже без меня ты бы выжила. Поэтому я не записываю это на твой счет.
— Я… чем еще я тебе обязана? — слабо спросила Бу Шулинь.
— Бися не смог убить тебя и не смог сместить вас с отцом, но он не отказался от идеи использовать Тубо как повод. Он хотел заставить вас надеть доспехи и идти в авангарде, — продолжила Шэнь Сихэ. — Бися во что бы то ни стало жаждет заполучить Южный Шу. Как только начнется война между Южным Шу и Тубо, боюсь, вы с отцом окажетесь в смертельной опасности. Скажи, разве это не так?
Бу Шулинь согласно кивнула.
Улыбка на губах Шэнь Сихэ стала шире:
— Я же ради тебя силой перенесла поле битвы с Тубо на тюрков. Ты и твой а-де можете вздохнуть спокойно, ведь в бой пойдут мои а-де и а-сюн. Скажи, разве ты не во многом мне обязана?
Похоже, так и было.
Бу Шулинь с волнением посмотрела на Шэнь Сихэ:
— Ю-Ю, я вечно буду помнить твою доброту ко мне!
Чжэньчжу и остальные изо всех сил старались сдержать улыбки.
Бу Шулинь, чувствуя, что слов недостаточно для выражения благодарности, выпалила:
— Впредь, если Ю-Ю что-то прикажет, я пойду хоть на гору мечей, хоть в море огня, и никогда не откажусь!
— Хорошо, я запомню, — удовлетворенно кивнула Шэнь Сихэ.
Бу Шулинь стала еще более предупредительной по отношению к Шэнь Сихэ, совершенно не замечая жалостливых взглядов Чжэньчжу и Биюй.
От действий Шэнь Сихэ семья Бу действительно получила огромную выгоду, но это не было ее первоначальной целью. Шэнь Сихэ не могла позволить Бися уничтожить род Бу и при помощи Южного Шу захватить Тубо, иначе Северо-Запад оказался бы под угрозой.
Тубо находится как раз между Южным Шу и Северо-Западом. Начнись большая война, Северо-Западу пришлось бы сотрудничать с Южным Шу, и, оказавшись связанными одной целью, императору Юнин было бы легче покончить с ними обоими одним махом, используя свою загадочную элитную армию.
С тюрками всё иначе. Шэнь Юэшань и Шэнь Юньань могут полностью сосредоточиться на сражении. Если Тубо проявит активность, семья Бу не останется в стороне. Тюрки — это не Тубо. Бися мог допустить поражение Южного Шу от Тубо, чтобы потом отправить Цзин-вана на подмогу и тем самым прибрать Южный Шу к рукам.
Но он не посмел бы поступить так с Северо-Западом. Если бы тюрки прорвали этот заслон, столица оказалась бы в опасности.
В войне Южного Шу и Тубо император Юнин мог строить козни; но в войне Северо-Запада и тюрков ему оставалось только оказывать полную поддержку.
Что касается безопасности Шэнь Юэшаня и Шэнь Юньаня, тут Шэнь Сихэ ничего не могла поделать. Рано или поздно война с тюрками должна была начаться, так что лучше было взять инициативу в свои руки. Она обсудила это с Шэнь Юэшанем еще во время его последнего визита, и Северо-Запад наверняка подготовился.
Она в столице выжидала момент, чтобы разрушить планы Бися и направить его удар на тюрков. Шэнь Юэшань на Северо-Западе был во всеоружии, ожидая, когда подует восточный ветер. Ни отец, ни дочь не ожидали, что этот ветер подует так скоро.
Теперь оставался последний шаг: убить принцессу Янлин, свалить вину на Му Нуха и сделать так, чтобы тот не смог покинуть столицу!
Пока Шэнь Сихэ планировала следующий ход, в Дунгуне Сяо Хуаян, выслушав отчет о случившемся, помрачнел до пугающей степени.
Будучи проницательным человеком, он не нуждался в расследовании, чтобы понять, почему события приняли такой оборот. Шэнь Сихэ явно обратила чужой замысел против него же. Она даже предугадала, что Му Нуха попытается совершить в отношении нее бесчестный поступок. На сердце у него стало тяжело, и ему до боли захотелось оказаться рядом с ней.
Однако он не знал, что скажет, когда предстанет перед ней.
Упрекнет ее? Но в чем ее вина?
Да, она не виновата. Виноваты только другие!
— Отправь людей следить за гостиницей Хунлу. Как только представится случай, схватите Му Нуха для меня, — приказал Сяо Хуаян, прищурив свои узкие глаза, его голос был лишен эмоций.
— Дянься, Му Нуха — посол. Бися тоже следит за вами. Если вы убьете Му Нуха… — Тянь Юань знал, что его советы бесполезны, но всё же счел нужным предостеречь.
Сяо Хуаян лишь зло усмехнулся:
— Я не убью его. Я лишь слегка проучу его, чтобы впредь он никогда не смог посягать на женщин.
- Десять тысяч стран приходят с поздравлениями (万邦来贺, wànbāng lái hè) — идиома, описывающая величие и мощь империи, признаваемое всеми соседними государствами. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
