Чжоу Вань негромко произнесла, опустив голову:
— Да вроде ничего.
Лу Сисяо усмехнулся, не желая больше пререкаться, и снова сел напротив. Но лапша к тому времени уже разбухла и слиплась. Лу Сисяо пару раз перемешал её и отложил палочки.
— Давай закажем новую порцию, — предложила Чжоу Вань.
— Пошли, — он поднялся с места.
Чжоу Вань поспешно последовала за ним.
У выхода из лапшичной Лу Сисяо остановился. Услышав её шаги, он обернулся и присел:
— Залезай.
Чжоу Вань замерла.
Интуиция подсказывала ей, что сейчас лучше не перечить Лу Сисяо.
Она медленно придвинулась к нему со спины и так же медленно, осторожно прижалась к его спине.
Лу Сисяо обхватил её под коленями и с лёгкостью поднял.
Чжоу Вань слегка втянула грудь, стараясь держать дистанцию и не прижиматься к нему всем телом, но расстояние всё равно было слишком коротким — она отчетливо чувствовала запах табака, исходящий от него.
Ветер с шумом качал голые ветви деревьев.
Тень Лу Сисяо вытянулась.
— Лу Сисяо.
Чжоу Вань посмотрела на его профиль и тихо спросила:
— Ты злишься?
Он промолчал.
Помолчав, Чжоу Вань сказала:
— Я виновата.
— И в чём же твоя вина?
— …
Чжоу Вань немного подумала и ответила:
— Мне не стоило связываться с теми людьми.
— Если они еще раз скажут тебе подобное, бей в ответ, — бесстрастным голосом произнес Лу Сисяо. — Что еще?
— …
На этот раз Чжоу Вань действительно не знала, в чём провинилась.
Не дождавшись ответа, Лу Сисяо заметно помрачнел. Атмосфера вокруг него снова стала гнетущей.
Снова нужно было его задабривать.
Чжоу Вань вспомнила слова, которые он бросил ей в порыве гнева. Она моргнула и неуверенно произнесла:
— В будущем я больше не буду ничего от тебя скрывать.
Лу Сисяо искоса взглянул на неё, безэмоционально усмехнулся, и его голос наконец смягчился:
— Нога болит?
— Почти…
Чжоу Вань рефлекторно хотела сказать «почти не болит», но вовремя спохватилась и исправилась:
— Болит.
Ответив, она втайне вздохнула с облегчением.
Если бы она снова ответила неправильно, Лу Сисяо мог бы опять разозлиться.
— В пакете пластыри и растирка от синяков, намажь после ледяного компресса, — сказал Лу Сисяо. — Меньше ходи. Завтра возьми отгул, не ходи в школу.
— Сейчас пошли сложные темы, в школу идти надо, — проговорила Чжоу Вань, наблюдая за его реакцией. — Утром поеду на такси.
Лу Сисяо нахмурился и в конце концов бросил:
— Ладно.
Он не отпускал её до самого входа в жилой комплекс и вошел прямо во двор.
Здесь не было лифта, только лестница.
— Какой этаж? — спросил он.
Чжоу Вань не хотела, чтобы он нес её наверх, но понимала, насколько он упрям.
— Третий этаж, — она обхватила Лу Сисяо за шею, мягко прильнула к нему и тихо прошептала: — Спасибо.
Он донес Чжоу Вань до третьего этажа:
— Здесь?
— Да.
Лу Сисяо опустил Чжоу Вань. Она достала ключи из кармана и только собиралась открыть дверь, как бабушка поспешно вышла из квартиры.
— Бабушка?
— Ваньвань, ты в порядке? — Бабушка схватила её за руку. — Напугала же ты меня! Парень с твоей подработки позвонил домой и сказал, что ты сегодня не пришла, а телефон недоступен.
Чжоу Вань замерла. Только сейчас она осознала, что напрочь забыла про игровой зал, а телефон, видимо, сел.
Она не хотела волновать бабушку, поэтому сказала, что всё в порядке, и придумала какую-то отговорку.
Бабушка посмотрела на стоящего за ней Лу Сисяо.
Она уже видела этого юношу: когда она лежала в больнице, он один раз приносил завтрак.
Лу Сисяо первым негромко поздоровался:
— Здравствуйте, бабушка.
— Ой, — заулыбалась бабушка. — Это ты проводил нашу Ваньвань до дома?
— Да.
— Спасибо тебе большое, — сказала бабушка. — Может, зайдешь, посидишь немного, прежде чем уходить?
Чжоу Вань поспешила вмешаться:
— Не нужно, бабушка, у нас и угостить-то нечем. Уже поздно, ему нужно идти отдыхать.
Лу Сисяо усмехнулся и, что бывало редко, выпрямился:
— Да, я, пожалуй, пойду.
— Ну хорошо, заходи к нам как-нибудь, когда будет время, — пригласила бабушка.
— Угу, — отозвался Лу Сисяо.
Чжоу Вань смотрела, как он поворачивается, чтобы спуститься, и вдруг окликнула его:
— Лу Сисяо!
Датчик света среагировал на голос, и лампочка зажглась.
Он стоял на лестничной площадке пролетом ниже и смотрел на неё снизу вверх.
Чжоу Вань поджала губы:
— Спасибо тебе.
*
Чжоу Вань не стала рассказывать бабушке о травме. Вернувшись в комнату, она первым делом позвонила тому парню из утренней смены в игровом зале, чтобы извиниться, и пообещала возместить пропущенные часы, когда получит зарплату за месяц.
— Пустяки, зачем такая вежливость, — со смехом ответил тот. — Главное, что с тобой всё в порядке.
Повесив трубку, Чжоу Вань тихо сидела на кровати.
Она сделала всё так, как велел ей Лу Сисяо: растерла лодыжку лекарственной настойкой и наклеила пластырь.
По спальне разлился резкий запах лекарства.
Она снова вспомнила, как в лапшичной Лу Сисяо опустился перед ней на колени, чтобы приложить лёд. Хоть он и действовал нарочито грубо во время дезинфекции, причиняя ей боль.
Но Чжоу Вань всё равно чувствовала, что Лу Сисяо — по-настоящему хороший человек.
С тех пор как умер Чжоу Цзюнь, а Го Сянлин ушла из семьи, Чжоу Вань не могла припомнить, когда в последний раз кто-то так решительно вступался за неё.
Он был словно опора.
Если её обидят, она может прийти к нему, и он за нее отомстит.
Это чувство было для Чжоу Вань совсем незнакомым.
Она прислонилась к изголовью кровати и посмотрела на Пич-куна, которого Лу Сисяо подарил ей, лежащего на столе напротив.
Спустя некоторое время она поднялась и на одной здоровой ноге допрыгала до стола, забрала Пич-куна к кровати и прижала к себе.
Она попыталась уснуть, но сон не шел.
Спустя какое-то время она достала телефон и написала Лу Сисяо.
[Чжоу Вань: Ты уже дома?]
Она долго ждала, но Лу Сисяо не отвечал — возможно, уже уснул.
[Чжоу Вань: Спокойной ночи.]
Она отложила телефон и закрыла глаза.
*
Лу Сисяо вышел из душа, весь мокрый; капли воды стекали по рельефу его мышц.
Во время драки на теле тоже осталось несколько синяков, но несерьезных.
После холодного душа то необъяснимое раздражение наконец немного утихло.
Он и сам не понимал, почему разозлился.
Какое ему дело до того, что Чжоу Вань поранилась? То, что она скрывала это от него, тем более его не касалось — наоборот, меньше хлопот, злиться было совершенно не на что.
Лу Сисяо не находил ответа, и от этого на душе становилось всё муторнее, а злость росла.
На душе было неспокойно.
И весь этот гнев он выместил на Чжоу Вань.
А девчонка молодец: ни капли не рассердилась, не жаловалась, безропотно сносила его скверный характер, осторожно следила за его лицом и изо всех сил пыталась его задобрить.
Лу Сисяо не был дураком и, конечно же, всё это чувствовал.
Он вытер мокрые волосы, отбросил полотенце в сторону, подошел к кровати и взял телефон.
[Чжоу Вань: Ты уже дома?]
[Чжоу Вань: Спокойной ночи.]
Лу Сисяо вскинул брови, какое-то время смотрел на эти два сообщения, а затем глянул на время.
Они были отправлены час назад.
Он сел на кровать и набрал её по голосовой связи.
Не то чтобы ему было что сказать, просто захотелось позвонить — и он позвонил.
Гудки шли долго, прежде чем трубку сняли, и раздался сонный, нежный девичий голос:
— Алло?
Лу Сисяо сам не понял как, но словно какой-то разряд тока пробежал вверх по позвоночнику; всё тело пробила дрожь, а в виске запульсировало.
Он понял, что разбудил Чжоу Вань, но не почувствовал ни малейшей вины.
Он зажег сигарету и медленно выдохнул дым.
Чжоу Вань, не дождавшись ответа, снова терпеливо спросила:
— Что-то случилось?
— Не спится, — сказал Лу Сисяо. — Поговорим.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
