Лилия немного подумала и начала играть на пипе.
Когда мелодия закончилась, всхлипы уже прекратились. Послышалось бормотание, похожее на капель.
— …Тебе наверняка снова скажут, что во всём виноват ты: из-за того, что ты был здесь, я провалил экзамен.
Лилия широко раскрыла глаза. Точно, кажется…
(Хоть он и занял первое место, на провинциальных экзаменах в Хуанчжоу в этом году, кроме него самого, никто не прошёл…)
И в самом деле, перед лицом этой роковой красоты, подобной смертоносному оружию, требовать от людей сосредоточенности на экзамене было слишком жестоко. Ведь сердца кандидатов и так были полны тревоги (за исключением Ли Чэня).
Однако, если взглянуть на ситуацию глазами самого человека, эта почти анекдотичная история была крайне мучительной.
Фэнчжу уткнулся лицом в колени.
Столичные экзамены уже приближались. Фэнчжу пребывал в смятении, но в то же время не мог окончательно всё бросить, а потому прибыл в столицу.
Фэнчжу надеялся поступить на службу благодаря собственным способностям, поэтому и решил участвовать в государственных экзаменах. Пусть он и не испытывал жизненных трудностей, но сейчас, когда Цинъюань Гунцзы был в изгнании, чиновники из рода Лань практически исчезли, а путь развития центральной власти стал туманным, он искренне желал найти применение своим силам при дворе.
Однако, возможно, он ошибся. Кандидаты, не сдавшие экзамен, возвращались домой в слезах, и не всегда это случалось из-за недостатка их собственных способностей. Даже если бы они осыпали его проклятиями, говоря, что провалились из-за него, Фэнчжу не нашёл бы что возразить. Если бы его не было, среди сдавших провинциальный экзамен наверняка оказались бы другие люди.
Лилия, подперев щёку ладонью, сказала:
— …Вы ненавидите своё лицо?
Фэнчжу невольно затаил дыхание. Он никогда не произносил этих слов вслух, чтобы не огорчать родителей.
Глядя на покачавшего головой Фэнчжу, Лилия восхищённо улыбнулась… Он действительно был достойным молодым человеком.
— Но вы очень расстроены из-за того, что многие из-за вашей внешности провалили экзамен, который должны были сдать. А я же считаю, что люди, винящие вас в своём провале, не достойны быть чиновниками этого государства. Я рада, что они не прошли. Те же, кто не стал вас винить, в следующем году непременно сдадут экзамен вслед за вами и получат должности.
Фэнчжу широко раскрыл глаза… Никто никогда не говорил ему ничего подобного.
Кандидатов, дружески похлопавших его по плечу, было немного, но они существовали.
— Ты обязательно должен сдать экзамен. Я тоже непременно сдам его в следующем году, а потом снова приду посмотреть на твоё лицо. В этот раз я оплошал, но в следующем такого не повторится. Так что жди меня в столице!
Так с улыбкой сказал ему Цзинь Юйли, пожилой и добродушный кандидат.
Именно благодаря этой крупице поддержки Фэнчжу в итоге оказался здесь.
Лилия с улыбкой заиграла на пипе.
— Когда вы только прибыли в столицу, вы ведь забрели в этот квартал развлечений глубокой ночью, верно?
Лилия слышала об этом, когда искала «исчезнувшего» Ли Чэня.
— Чтобы купить тушь. Ведь в такой час лавки открыты только в квартале развлечений.
Старший молодой господин семьи Хуан готовился к столичным экзаменам и учился до глубокой ночи, пока у него не закончилась тушь. Поскольку было уже поздно и шёл мелкий снег, он, заботясь о домашних, решил сам сходить за покупкой. Когда Лилия узнала об этом, она была тронута до слёз. Ведь он ровесник Ли Чэня…
(По сравнению с моим глупым и своевольным королем — это небо и земля…!)
Какой серьёзный и достойный юноша. Словно в разгар зимы подул свежий ветерок раннего лета. К слову сказать, рядом с Ли Чэнем даже холодный ветер никогда не дул.
— И вот, когда вы пришли за тушью, вы старательно прятали лицо под тканью, но на ваших глазах упала старушка. Её накидка испачкалась, вы отдали ей ту самую ткань, и это вызвало переполох, верно?
Фэнчжу изумлённо широко раскрыл глаза. Откуда она могла знать о таком?
— Я считаю, что ваша внешность — это лучший подарок для вас.
Увидев, как Фэнчжу сжал губы дугой, Лилия рассмеялась.
— Вы ведь так усердно работали над собой именно потому, что не хотели, чтобы люди судили о вас только по лицу? Вы хотели, чтобы в вас видели душу, а не внешность, и потому строго следили за своим поведением — так вы стали тем, кем являетесь сейчас. Учились до поздней ночи, сами ходили за тушью, отдали накидку упавшей старушке. Хоть я и считаю ваше лицо прекрасным, оно не сравнится с вашей душой, которую вы так кропотливо взращивали. Ваша доброта и поступки вызывают у меня куда большее уважение и симпатию, чем красота. Ведь это — не внешность. Это ваше сокровище, которое не поблекнет и через десятки лет. А лицо… когда мы состаримся, все станем морщинистыми стариками и старухами. Так что потерпите до тех пор. Вот —
Лилия вышла из-за ширмы. Она подошла к Фэнчжу и протянула платок, который тот одолжил ей днём.
— Сегодня я действительно благодарна вам и теперь возвращаю его.
Увидев протянутый платок, Фэнчжу замер в изумлении — как это возможно?!
Но перед ним, без сомнения, стояла та самая женщина, которую он встретил днём.
Лилия с горькой усмешкой пожаловалась:
— …Честное слово, по сравнению с вами мой хозяин просто никуда не годится…
— Хозяин?
— Да, он полная ваша противоположность: своенравный, разбрасывает одежду где попало, никогда не прибирается, любит поспать подольше, вечно доставляет всем хлопоты, высокомерно помыкает другими… Эх, он совершенно безнадёжен.
Только в этот момент Фэнчжу начал осознавать, что всё происходящее перед его глазами — реальность.
Нет, но неужели в мире бывают настолько невероятные встречи?
— Отдыхать, конечно, нужно, но стоит знать меру. Экзамены ведь уже скоро.
Фэнчжу вздрогнул. Точно, это же публичный дом.
— Н-нет! Я пришёл сюда не как гость… Меня силой притащил сюда Ли… мой близкий друг!
Лилия широко раскрыла глаза. Ли Чэнь пришёл в Юаньэ лоу?
(Ого! Если так, неужели здесь есть девушка, которая ему по душе?!)
Ли Чэнь был не из тех, кому всё равно, с кем проводить время.
(Ого, ого! К кому же он пришёл? Это непременно нужно разузнать.)
Кандидатура невесты, на которую она уже и не надеялась, наконец-то появилась на горизонте.
В этот момент в дверь соседней комнаты постучали. Лилия взяла пипу.
— Мне пора. Не волнуйтесь, на столичных экзаменах обязательно будут и другие счастливчики, кроме вас. Ведь так?
Лилия подмигнула.
«Мой Ли Чэнь наверняка доставит вам хлопот, простите его за это. Пожалуйста, не падайте духом и постарайтесь сдать экзамен», — добавила Лилия про себя и поспешно убежала, громко топая.
Юй Шунь, слышавший этот разговор в галерее, мгновенно побледнел.
(Почему Байхэ Цзи в таком месте?!)
Он с трепетом взглянул на Ли Чэня, но тот выглядел на редкость спокойным. Более того, увидев, как пошатывающийся Фэнчжу выходит в галерею, он странно улыбнулся.
— Фэнчжу, ты влюбился в Лилию? Без должной решимости с ней не сладить.
Фэнчжу слышал от Юй Шуня только её имя и то, что она «якобы знакомая Ли Чэня».
Поняв, что его мысли раскрыты, Фэнчжу с покрасневшим лицом повернулся к Ли Чэню.
— Я знаю, она уже всё рассказала. Она сказала, что её хозяин своенравный, неопрятный, помыкает другими, вечно доставляет всем хлопоты и спит до полудня — словом, совершенно безнадёжный человек!
У Ли Чэня на лбу вздулись вены. Поскольку в тот момент Лилия лишь тихонько ворчала себе под нос, Ли Чэнь ничего не услышал.
— Хе-хе~?
— Поверить не могу, что нашёлся ещё один тип, который позорит мужское достоинство так же, как Ли Чэнь!
Юй Шунь невольно прикрыл рот рукой. Что же делать? Кажется, ситуация становится всё более странной…
— Всё же она была доведена до того, что ей пришлось пойти в куртизанки, наверняка у неё были на то веские причины. И хотя сейчас нужно сосредоточиться на государственных экзаменах, я во что бы то ни стало вырву Байхэ Цзи из рук этого безнадёжного хозяина.
— Вот как, вот как. Что ж, тогда старайся.
Юй Шунь в изумлении потянул Ли Чэня за рукав.
— Т-ты уверен, что всё в порядке? Ли Чэнь, как ты можешь такое говорить…
— То, что Лилия выбрала Фэнчжу — её право, и я думаю, так будет даже лучше. Однако нынешний Фэнчжу, если не подготовится должным образом, вряд ли сможет вынести Лилию.
Юй Шунь почувствовал некоторое замешательство — Ли Чэнь выглядел совершенно спокойным. Хоть он и задумывался об этом раньше, но неужели у Ли Чэня и впрямь нет никаких чувств к Байхэ Цзи?
— …Разве Байхэ Цзи для тебя не важный человек?
— Вовсе нет, мне всё равно, здесь она или нет.
— Правда?
Услышав повторный вопрос, Ли Чэнь, словно ребёнок, склонил голову набок и снова задумался.
— Ну как сказать. Если она рядом, это и впрямь весьма удобно, но не более того.
— …И всё же, Ли Чэнь…
Юй Шунь вспомнил о растении в горшке, которое поливал Ли Чэнь. Ответ должен был крыться именно в нём.
(…К тому же. Сейчас на кону государственные экзамены, от которых зависит вся жизнь, неужели и впрямь всё в порядке…)
Они вовсю наслаждались своей юностью.
Если бы их увидели другие кандидаты, этих двоих, без сомнения, закололи бы на месте.
Шесть
Спустя месяц Лилия получила результаты и, взглянув на них, невольно слегка удивилась.
«Чжуанъюань — Чжэн Юйшунь
Банъянь — Красный Ли Чэнь
Таньхуа — Хуан Фэнчжу»
(Ли Чэнь на втором месте…)
Лилия, держа в руке извещение, подняла глаза к небу.
— Что это за письмо, Лилия-сяоцзе?
Лилия, улыбнувшись, обратилась к Цзяну, который всего за месяц приобрёл величественный вид:
— Сегодня или завтра Ли Чэнь должен вернуться.
— Правда?!
Глаза Цзяна тут же засияли. Как здорово, и в самом деле, как и говорила Лилия, он вернулся от возлюбленной спустя месяц.
(И всё же Лилия-сяоцзе знает Ли Чэнь-сяньшэна лучше всех).
Пусть Лилия весь этот месяц вела себя как ни в чём не бывало и жила беззаботно под взглядами окружающих, но втайне она наверняка плакала, смачивая слезами свои рукава.
Цзян мысленно твёрдо решил, что встретится с Ли Чэнем и поможет ему восстановить отношения с Лилией-сяоцзе.
Лилия же, глядя на преисполненного решимости Цзяна, тяжело вздохнула. Цзян, несомненно, по-прежнему — и это весьма печально — ошибочно полагает, что «лорд Ли Чэнь — великий, добрый и достойный уважения человек». Всему виной его чересчур мягкий характер по отношению к слугам в доме; ни у кого не поднимется рука рассказать Цзяну правду.
(Нужно сначала встретиться с Ли Чэнем и велеть ему не болтать лишнего).
Иначе Цзян, чего доброго, с плачем сбежит из дома.
(Ли Чэнь уже получил степень, теперь очередь за Цзяном. К тому же мне и вправду пора покинуть род Хун).
Пока она не убедится, что Ли Чэнь сможет взять на себя заботу о Цзяне, она не сможет со спокойным сердцем уйти.
Этим же вечером Ли Чэнь и впрямь вернулся в поместье рода Хун, где отсутствовал полтора месяца.
— С возвращением, Ли Чэнь.
Ли Чэнь посмотрел на Лилию и удивлённо вскинул бровь.
— …Это ещё что такое? Зачем ты даже дома расхаживаешь в женском платье?
— Тш-ш! А что мне оставалось делать? Цзян знает только «Лилию».
— Что? Значит, ты с тех самых пор всё время ходишь в образе Лилии?
— Вот именно. У-у… почему-то мне немного неловко говорить с тобой от лица Лилии.
— Так кто ты сейчас: Лилия или Жанье?
— За… заткнись! К лешему… кто же знал, что всё так обернётся. Я и представить не могла, что такое случится.
Поскольку более десяти лет она общалась с ним как Жанье, сейчас ей было невыносимо неловко. Сама того не замечая, она покраснела. Случайно в её речи смешались интонации Лилии и Жанье.
— Ах, подожди, Ли Чэнь! Ты опять разбрасываешь вещи где попало!
Ли Чэнь с небрежным видом швырнул одежду на пол, и Лилия поспешила подобрать её. Она-то думала, что после периода коллективной жизни он станет хоть немного вежливее, но, похоже, он ни капли не изменился.
— Вода для ванны.
— Уже согрета.
— Одежда.
— В купальне.
— Ужин.
— Сейчас подам на стол.
— Мандарины.
— Есть! Ну ты и привередливый молодой господин!
Услышав её скорые ответы, Ли Чэнь невольно обернулся и пристально посмотрел на неё.
— Что такое?
— Да нет, просто подумал, что иметь тебя под рукой и впрямь удобно.
— Я и сама чувствую, что так баловать тебя — большая ошибка. Но на сегодня хватит. Ты усердно трудился целый месяц. Ладно, иди скорее прими ванну.
— Волосы.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
