Девушка в воде была одета в нежно-жёлтое платье самого модного в столице фасона. Множество слоёв ткани колыхались, делая её похожей на распустившийся жёлтый пион.
Однако девушка отчаянно боролась за жизнь, и этот «жёлтый пион», то скрываясь под водой, то выныривая, выглядел весьма жалко.
Сяо Сюнь знал, что та девица до крайности боится воды. В прошлый раз он в этом лично убедился. Тогда он просто спасал человека, не имея тайных помыслов, и потому сразу вытащил её. Но на сей раз Сяо Сюнь твёрдо решил преподать ей урок, пусть хлебнёт воды.
Всё равно она не станет благодарить его за спасение.
Так было в прошлый раз, и так непременно случится в этот, Сяо Сюнь прекрасно это понимал.
Впрочем, это не имело значения. Ни в прошлый раз, ни в нынешний ему не нужна была её благодарность.
Он лишь хотел, чтобы все увидели, как он спасает её. И только.
Сяо Сюнь сидел в месте, которое Чу Лань заранее подготовил как ближайшее к точке падения. Он собственными глазами видел, как та девица приближается в компании другой — стоявший рядом управляющий пояснил, что это их старшая сяоцзе.
— Чу Танг-сяоцзе в делах надёжнее всех, — с толикой хвастовства проговорил управляющий. — Она уже так уговорила А-Чжао-сяоцзе, что та стала совсем послушной.
«Послушной?»
Сяо Сюнь полагал, что в сердце этой девицы слова «послушание» не существовало в помине.
Впрочем, каков бы ни был характер у человека, каждому приятно, когда его задабривают. Если делать это с усердием, рано или поздно своего добьёшься.
Две девицы, переговариваясь и смеясь, прошли мимо. Вскоре послышался пронзительный крик, а следом — всплеск воды.
Началось.
Сяо Сюнь в тот же миг вскочил. Те Ин схватил его за руку и помог спрыгнуть с высокого павильона, а затем резким толчком придал ускорение. Используя эту инерцию, Сяо Сюнь влетел прямо в озёрную гладь.
В то мгновение управляющий Чу Ланя всё ещё стоял в павильоне, не успев осознать произошедшее.
«Жёлтый пион» уже начал погружаться. Сяо Сюнь нырнул и вытянул руку, хватая тонущую девицу.
Как и прежде, внезапно ухватившись за соломинку, спасающую жизнь, девица, словно водяная змея, обвилась вокруг него.
Сяо Сюнь наотмашь ударил её кулаком. Девица откинулась назад, пряди её волос взметнулись в воде, обнажая лицо.
Находясь под водой, Сяо Сюнь в мгновение широко распахнул глаза.
Она!
Глаза Чу Танг округлились, лицо покраснело от удушья.
Она не могла издать ни звука — рот ей крепко зажимала ладонь. Двинуться она тоже не могла, так как другая рука намертво прижала её к расщелине в камнях искусственной горки.
Чу Танг слышала, как снаружи раздался громкий всплеск, слышала истошный крик А-Лэ, гомон людских голосов, а следом — ещё один всплеск.
Всё шло именно так, как она и задумывала.
Разница была лишь в том, что по её плану в воде сейчас должна была находиться она сама, а не быть зажатой Чу Чжао в тесной щели между камнями.
Она даже не поняла, как это случилось.
Она договорилась с родителями, что заманит Чу Чжао сюда, чтобы точно знать место падения, подготовленное отцом и матерью.
Когда прибудет Чжуншань-ван-шицзы и будет подан знак, она должна была задержать Чу Чжао у кромки воды, а затем сама подойти к нужному месту и упасть в озеро.
Чтобы не возникло никаких осечек, она даже надела под низ такое же платье, как у Чу Чжао.
Но стоило ей передать Чу Чжао книги учёта, чтобы та просмотрела их здесь, и под предлогом необходимости принести вещи развернуться, как Чу Чжао схватила её, в одно мгновение затащила под искусственную горку и запихнула в расщелину.
Несмотря на потрясение, Чу Танг не была глупой и вмиг всё осознала: Чу Чжао знала обо всём.
«Я ошиблась!» — мотала она головой, издавая мычащие звуки.
Чу Чжао, казалось, поняла её без слов. Она слегка улыбнулась ей и убрала руку от её рта.
Чу Танг жадно хватала ртом воздух, но, кроме тяжёлого дыхания, не проронила ни звука, не закричала и не позвала на помощь. Она лишь слушала доносящиеся снаружи пронзительные вопли А-Лэ:
— Сяоцзе!..
Стоявшая на берегу А-Лэ в панике топталась на месте. После первого выкрика «сяоцзе» она лишь звала на помощь и бессвязно кричала, пока тонущую женщину не подняли над поверхностью воды.
Со всех сторон сада сбегались люди, в их взглядах читались тревога и беспокойство. Увидев спасение, толпа разразилась ликующими криками.
А-Лэ снова крикнула «сяоцзе», но на этот раз она смотрела не на воду, а себе за спину.
— Сяоцзе! — звала она. — Линлун-цзецзе спасли!
Окружающие оторопели. Линлун?
Кто такая Линлун?
Разве в воду упала не Чу Чжао?
Следом за взглядом А-Лэ все обернулись и увидели Чу Чжао, выходящую из-за ближайшей искусственной горки. В руках она держала свиток с записями, а на лице её застыло потрясение.
— Что случилось? — громко спросила она. — Мы с А-Тан сверяли счета, разве я не велела вам сначала присматривать за гостями?
— Мы как раз собирались! — вопила А-Лэ во всю глотку. — Но так спешили, боялись опоздать, шли очень быстро, и Линлун-цзецзе нечаянно оступилась и упала в озеро!
Чу Чжао уже подбежала к берегу. Она смотрела на тонущую, которую уже выталкивали на сушу, и на её спасителя.
— К счастью, нашёлся тот, кто спас Линлун-цзецзе, — снова громко выкрикнула А-Лэ. — Интересно, кто же этот герой-храбрец!
Раз в воде оказалась не Чу Чжао, собравшиеся заметно расслабились. К тому же упавшую служанку уже спасли, так что теперь всё внимание переключилось на спасителя.
Кто это?
Такая молниеносная реакция.
Такая решимость броситься в воду.
Очевидно, что он прекрасный пловец — в несколько движений вытолкнул человека на поверхность.
Это был молодой гунцзы. Его белые парчовые одежды колыхались в воде, словно облака, иссиня-чёрные волосы разметались за спиной, открывая чистый лоб и высокую переносицу. Он поджал губы, а на щеках его проступили две глубокие ямки. Он выглядел словно небожитель реки Ло.
В Саду Чуэнь перебывало множество людей, и все, кто выделялся талантом или внешностью, уже запомнились гостям. Но этого юношу видели впервые.
Интересно, из какой семьи этот благородный муж?
Чу Чжао стояла на берегу, глядя сверху вниз на человека в воде. Её лицо выразило крайнее изумление:
— Шицзы!
Окружающие замерли, услышав это.
У императорского рода династии Великая Ся всегда было мало потомков. Тех, кого можно было называть шицзы, насчитывались единицы, а в столице их и вовсе было почти не встретить. Неужели…
— Чжуншань-ван-шицзы! — вслед за Чу Чжао закричала А-Лэ так громко, чтобы её услышал весь Сад Чуэнь. — Это же вы!
Чжуншань-ван-шицзы! Оказалось, это Чжуншань-ван-шицзы!
Чжуншань-ван-шицзы пришёл в Сад Чуэнь!
В Саду Чуэнь поднялся невообразимый шум.
Гул голосов перелетел через стены и крыши зданий, ворвавшись в кабинет Чу Ланя. Сам Чу Лань, и так уже стоявший у дверей, отступил ещё на шаг назад.
Управляющий пребывал в смятении, Цзян-ши тоже не знала, что предпринять.
— Хозяин, поспешите же туда, — торопили они его.
— И что мне теперь там делать? — пробормотал Чу Лань.
События произошли так, как и планировалось, но всё обернулось совсем иначе. В воду упала не Чу Чжао, а Сяо Сюнь, который должен был наблюдать за происходящим со стороны, бросился спасать человека.
— Как бы там ни было, шицзы спас человека. Нам, как хозяевам дома, следует пойти и поблагодарить его, — сказала Цзян-ши. — Принять его как самого почётного гостя.
Хотя Чу Лань ещё не до конца понял, где именно произошла осечка, он догадывался, что во всём деле кроется какой-то подвох. Он резко взмахнул рукавом:
— Я ничего не знаю! Скажите, что я болен, я не могу никого принимать!
Впрочем, даже если чета Чу Лань не появилась, в Саду Чуэнь сумели распорядиться должным образом.
Как только Чу Чжао установила личность спасителя, она велела слугам немедленно помочь Сяо Сюню выбраться из озера и проводить его в покои. Туда же пригласили лекаря для осмотра.
В Саду Чуэнь ещё в первый день литературного собрания наняли лекаря на случай драк, потасовок или если кто-то решит навредить себе от проигрыша или сойдёт с ума от победы. До сих пор таких случаев не было, но теперь лекарь наконец-то пригодился.
Затем Чу Чжао велела А-Лэ «пригласить» управляющего — Чу Лань мог спрятаться, а управляющему бежать было некуда.
Когда управляющий явился, его заставили подтвердить: «Шицзы прибыл посмотреть на литературное собрание, а не для арестов или допросов. Он уже виделся с хозяином, и хозяин обо всём знает». Это успокоило людей.
И верно, все начали приходить в себя. Если бы Чжуншань-ван-шицзы прибыл по приказу схватить кого-то, стал бы он обращать внимание на тонущую служанку из Сада Чуэнь? Утонула бы, и поделом.
Никто не бросился бежать из Сада Чуэнь, паника улеглась. Люди с любопытством и воодушевлением обсуждали случившееся, поглядывая в сторону покоев, где находился Сяо Сюнь, и надеясь увидеть его ещё хотя бы раз.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
