Когда Лю Канг был ребёнком и рос в китайской провинции Хэнань, он часто играл в одну игру со своим братом Чоу, который был на год старше. Один из них подкрадывался к другому и набрасывался, когда тот меньше всего этого ожидал. Единственным временем и местом, где это запрещалось, была починка рыболовных сетей их Ли-а-де. Всё остальное было честной игрой: когда один из них спал, когда ухаживал и даже когда сидел на ночном горшке.
Чтобы было интереснее, братья вели счёт: за каждое внезапное нападение и повал атакующий получал два очка; за каждое внезапное нападение, за которым следовал ответный повал со стороны защищающегося, защищающийся получал три очка, а атакующий — ни одного. Мальчики записывали счёт в тетрадь, и через десять лет, когда Лю покинул дом, чтобы отправиться в Соединённые Штаты, счёт был 18 250 у Лю и 18 283 у Чоу.
Лю настоял на том, чтобы результаты за десятилетие пересчитали, и, насколько он знал, Чоу это сделал. Но вскоре после того, как он добрался до Соединённых Штатов, его родители умерли от чумы, а брат исчез. Куда, почему и как, он так и не узнал, хотя поклялся, что однажды выяснит это.
Приближаясь к деревне Вуху, Лю испытывал чувства, похожие на те, что он ощущал давным-давно, когда подкрадывался к Чоу. Была середина ночи, поэтому он ожидал, что большинство фонарей в деревне будут погашены. Но обычно даже в такой час наблюдалось какое-то движение: фермеры, развозящие яйца, водоносы, наполняющие кувшины из колодца, кто-то, кто шатающейся походкой возвращался домой или спал на улице после ночного веселья.
Здесь ничего подобного не было, и именно поэтому Лю и два его спутника из Белого Лотоса решили прокрасться в деревню, держась в тени за хижинами и немногими общественными зданиями, сняв сандалии, чтобы камни и земля на улице не хрустели под ногами. Одетых во всё чёрное, их не было ни видно, ни слышно.
В Храме Ордена Света горели огни, и Лю решил отправиться туда. Возможно, кто-то из монахов сможет объяснить ему, почему вокруг такая тишина — и почему у него возникло это тревожное чувство, что что-то не так.
Когда они подошли к бронзовой двери огромного круглого здания, Лю Канг жестом велел своим спутникам оставаться в укрытии за деревьями возле храма, пока он осмотрится внутри. Подкравшись к одному из открытых окон, выходивших в большую библиотеку, Лю услышал голоса.
— Да, Джим. Да.
Сидя спиной к стене, Лю вытащил из-за пояса метательную звезду и поднял её над подоконником. Он повернул её так, чтобы видеть комнату, отражённую на её до блеска отполированной поверхности.
То, что он увидел, привлекло его внимание.
На циновке сидели двое. На шее одного из них, совсем ещё мальчика, была затянута петля, а в его сторону был направлен пистолет-пулемёт. Мужчина, к чьей шее был привязан другой конец петли, говорил по телефону.
— Да, — сказал он. — Я понял. Ага, договорились. Пока.
Мужчина положил трубку обратно на плоскую коробкообразную подставку, и мальчик натянул поводок. Тот, что был покрупнее, сильно дёрнул, и юноша повалился вперёд. Сенмендзё-ни подошёл к мальчику, чтобы тот не вздумал подниматься.
— Извини, — сказал Мориарти, — но там, похоже, что-то случилось. У меня приказ прикончить тебя. Но обещаю, всё будет быстро и безболезненно.
Когда Сенмендзё-ни отступил в сторону и Мориарти приставил пистолет-пулемёт к голове мальчика, Лю Канг поднялся, замахнулся и приготовился метнуть метательную звезду в руку убийцы.
Вместо этого у Лю перехватило дыхание, когда он отлетел в сторону. А затем изнутри храма раздался жуткий взрыв.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
