— Ваше Высочество, не поддавайтесь порыву, — Лю-гунгун шагнул вперёд и попытался его вразумить.
Случилось нечто столь серьёзное, что следовало хоть немного его предостеречь, ведь и дарование брака, и расторжение помолвки не были детской забавой.
Наследный принц обычно не был человеком, склонным к опрометчивым поступкам, и Лю-гунгун прежде никогда не видел его в таком неописуемом гневе. Стоило взглянуть на девушку в его руках, и становилось ясно. Это то самое «в ярости сорвать шапку ради красавицы»1.
Лицо Чжао Ши оставалось по-прежнему спокойным. Он бросил холодный взгляд:
— Мне не нужно, чтобы ты учил меня, как поступать.
Голос его звучал низко и мрачно, в нём едва заметно проступала та острота, которую он обычно намеренно скрывал.
Лю-гунгун мгновенно умолк и смотрел, как тот уходит, неся девушку на руках.
Лю-гунгун уже немного слышал о произошедшем. По логике вещей, для Сянъян-цзюньчжу как будущей тайцзыфэй было вполне естественно слегка наказать наложницу мужа и проявить строгость с самого начала.
Беда была в том, что эта девушка явно занимала важное место в сердце наследного принца, а сегодняшние унижения со стороны цзюньчжу перешли все границы, отчего та не смогла украсть курицу, лишь зря потратив рис.
Лю-гунгун покачал головой:
— Ступай скорее и сообщи цзюньчжу, что наследный принц намерен расторгнуть помолвку, пусть она будет к этому готова.
Юный ученик дрожал всем телом и не смел пошевелиться. Он боялся, что если принесёт цзюньчжу такую весть, то гнев падёт и на него, и ничего хорошего его не ждёт.
Лю-гунгун разозлился, глядя на никчёмный вид своего ученика. Раздосадованный тем, что железо не становится сталью, он больно пнул его:
— Чего ты боишься?! Живо иди! Не то я забью тебя до смерти.
Ученик в панике бросился искать цзюньчжу.
Шэн Лин в это время вела благородных дев из знатных семей любоваться цветами. В Императорском саду цветение было в самом разгаре, и в воздухе стоял густой аромат.
Шэн Лин сорвала ветку сливы, повертела её в руках, но быстро потеряла интерес и небрежно бросила наземь. Её сапожки наступили на ветку, когда она пошла дальше, спрашивая на ходу:
— Минчжу всё ещё стоит на коленях?
Служанка ответила:
— За ней присматривают, она никуда не денется.
Настроение Шэн Лин заметно улучшилось, всё вокруг радовало взор:
— Пока не простоит три шичэня, не позволяйте ей подниматься.
Минъюань не удержалась от смешка:
— Цзюньчжу прекрасна лицом и добра душой. Будь на вашем месте кто-то другой, наказание вряд ли ограничилось бы простым стоянием на коленях.
Остальные наперебой подхватили:
— Верно, будь такая бесстыжая наложница в нашем особняке гогуна, её бы уже давно продали в дом развлечений.
— Разве её мать не из дома развлечений? Быть может, она и сама рада унаследовать материнское…
На полуслове они разразились смехом.
Весенний день был ясным, полуденное солнце припекало всё сильнее, так что от слепящего света трудно было открыть глаза.
Кто-то очень тихо спросил:
— Если наследный принц узнает об этом, не разгневается ли он?
Хорошее настроение Шэн Лин вмиг улетучилось, и все тут же замолчали.
Шэн Лин произнесла:
— Ну и что с того, если узнает? Неужели тайцзы-гэгэ станет за неё заступаться?
Та девушка неловко улыбнулась, явно не смея ей перечить:
— Цзюньчжу права, это я излишне тревожусь.
У Шэн Лин пропало желание продолжать прогулку по Императорскому саду, и она уже собиралась спровадить этих притворных дев из дворца.
Ученик Лю-гунгуна, разузнав дорогу, прибежал сюда, весь в поту от спешки.
Шапка на голове маленького евнуха прикрывала ему обзор, стоило лишь чуть склонить голову. Он не смел поднять глаз на цзюньчжу и, дрожа, не мог вымолвить ни слова:
— Цзюньчжу… наследный принц… он… он…
Шэн Лин крепко сжала пальцы:
— Что ты там мямлишь! Говори толком.
Маленький евнух подумал, что высунешь голову — удар мечом, спрячешь — тоже удар, всё равно не избежать. Он зажмурился и упал на колени:
— Наследный принц только что вошёл во дворец в страшном гневе и забрал Минчжу-гунян.
Лицо Шэн Лин то бледнело, то багровело. Она процедила сквозь зубы:
— Как же ей повезло.
Простояла на коленях меньше половины шичэня, даже колени не успела в кровь стереть.
Маленький евнух никак не ожидал, что помыслы цзюньчжу столь жестоки, и снова заикаясь произнёс:
— Наследный принц ещё велел… велел…
— Договаривай, что он велел?
— Велел отправить людей в Сянъян, чтобы перехватить священный указ о даровании брака.
После этих слов вокруг воцарилась тишина.
Шэн Лин широко распахнула глаза, её руки мёртвой хваткой вцепились в стоявшую рядом служанку. Кровь отхлынула от лица, оставив его мертвенно-бледным. Перед глазами у неё потемнело, она покачнулась и сделала два шага назад. Не веря своим ушам, она едва слышно спросила:
— Что ты сказал?
Маленький евнух не посмел скрывать:
— Наследный принц намерен расторгнуть помолвку.
Шэн Лин отчаянно затрясла головой, не желая верить, и забормотала:
— Невозможно, это невозможно.
Этим поступком Чжао Ши, без сомнения, растоптал её достоинство. Расторжение помолвки было для неё несмываемым позором, и всё это ради какой-то презренной наложницы?!
В тот же миг все взгляды обратились к ней.
Шэн Лин была окончательно унижена этими полными изумления и сочувствия взглядами. Её глаза мгновенно покраснели, веки закололо, они наполнились влагой. Она упрямо вскинула лицо, сдерживая слёзы:
— Я иду к тайхоу.
У Минчжу лишь немного кружилась голова, но в обморок от долгого стояния на коленях она не упала. Насыщенный аромат, исходивший от мужчины, окутал её. Его крепкие руки, словно тиски, надёжно держали её. В нём открыто проступила пугающая резкость, весь его вид внушал страх.
Минчжу тихо лежала в его объятиях, а когда её перенесли в повозку, она инстинктивно забилась в угол.
У Чжао Ши от гнева разболелась голова. Он потёр переносицу и бросил на неё холодный взгляд. Его лицо оставалось бесстрастным:
— Если цзюньчжу велит тебе явиться во дворец, ты тут же идёшь. Если завтра она прикажет тебе умереть, ты тоже послушно умрёшь?
- В ярости сорвать шапку ради красавицы (冲冠一怒为红颜, chōngguān yī nù wèi hóngyán) — образное выражение, описывающее мужчину, который совершает безрассудные или великие поступки, ведомый гневом из-за женщины. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
