После этого тот ребёнок также ни на шаг не отходил от Ли Ина, наблюдая за Ин Цзи бесстрастным взглядом.
— Значит, ты столько лет прятала внучку тоже из-за любви?
Ин Цзи крепче сжала веер из перьев.
— Я не понимаю, о чём ты говоришь.
— Тебе и впрямь нравится идти наперекор всему роду.
Ли Ин вздохнул с таким видом, будто был чем-то опечален. Тем не менее казалось, что он скорее раздосадован, нежели сердит.
— Ин Цзи, в последнее время рождаемость обладателей способностей в нашем роду значительно упала.
Хотя выражение лица Ин Цзи осталось прежним, веер в её руках слегка дрогнул.
— Даже если у меня нет такого рвения, как у старшей сестры, я всё же намерен защитить наш род. Это под силу лишь женщинам семьи. Ты отказалась от этой ответственности, выбрав обычного человека, что косвенно привело к снижению рождаемости. Однако сейчас у твоей внучки появились признаки. Она всё ещё девственна. А потому должна унаследовать «Голос жизни».
— Полагаю, ты ошибаешься. У Чуньцзи нет никаких способностей.
Столкнувшись с этой слишком уж решительной ложью, Ли Ин слегка приподнял свои серебристо-белые ресницы.
— В таком случае, ты чем-то недовольна самим существованием нашего рода, Ин Цзи?
— Вовсе нет. Выживание рода и наследование способностей необходимы. Но я сделала свой выбор уже очень давно. Неужели ты хочешь сказать, что то, от чего ты сам давно отрёкся, теперь должна унаследовать Чуньцзи? И самое главное — Чуньцзи уже выбрала свой путь. Семье Пяо там нет места.
— Любовь?
— Именно любовь.
— Ты совсем не изменилась, Ин Цзи. На самом деле, эта твоя черта мне весьма по душе.
Ли Ин издал глухой смешок, идущий из самой глубины горла. Своими белоснежными пальцами он лениво поправил растрёпанные волосы.
— Хочешь повторить то, что уже было, Ин Цзи? Что ж, тем лучше. Поступай, как знаешь. Сейчас ты всё равно ничего не можешь сделать. Вот и любуйся, что за штука такая эта любовь твоей внучки. Тогда Ча Юаньсюнь вернул тебе память и мастерски сбежал, но как всё пройдёт на этот раз? После того случая с тобой заклинатели стали крайне подозрительны, так что теперь одной лишь памятью дело не обойдётся.
В его голосе не чувствовалось никакой серьёзности, напротив, он звучал так, будто он просто наблюдает за забавным зрелищем.
В тот момент, когда Ли Ин поднялся, холодное лезвие в руках того ребёнка коснулось шеи Ин Цзи.
— И где же это может быть?..
То, что так и не удалось найти в главном поместье семьи Ча, хотя поиски полностью поручили заклинателям семьи Пяо.
Ли Ин слегка улыбнулся. Его пальцы коснулись светло-голубого ворота одежд.
— Согласно сегодняшним гаданиям, в поисках пропажи нас ждёт благая весть. Что ж, пройдёмся по Хулэню. Прошу тебя, составь компанию Ли Ао, Ин Цзи.
Сю Ли и её спутницы повсюду искали гадателя, но до самого полудня так и не смогли его найти. К слову, по пути к Чуньцзи и Сян Лин не раз пытались приударить мужчины, но Сю Ли всякий раз с истинно мужской решимостью прогоняла их прочь.
Когда надежда на успех сегодня почти угасла, взгляд Сю Ли внезапно зацепился за иероглиф «И». На малолюдной улочке стояла грубая вывеска, перед которой были разбросаны бамбуковые планки. Там сидел гадатель; его голова была обмотана синим платком, и сам он замер неподвижно, будто сливаясь со стеной. Его тело, как и голова, было полностью скрыто под просторным одеянием, так что невозможно было разглядеть не то что лица, но даже определить пол.
Это место не было скрыто от глаз, но удивительным образом никто не обращал на него внимания.
Внезапно гадатель, который до этого момента казался лишь бездушным украшением, медленно повернул голову в сторону Сю Ли.
В тот же миг по спине Сю Ли пробежал неприятный холодок.
— Здравствуйте, сяоцзе.
Расстояние было не таким уж малым, и гадатель не повышал голоса. Тем не менее этот голос отчётливо прорезал шум оживлённой дороги и проник прямо в уши Сю Ли.
Гадатель медленно протянул руку к бамбуковым планкам. Его белоснежная, прозрачная кожа производила необъяснимо сильное впечатление.
— Если не возражаете, могу ли я предсказать вашу судьбу?
В этот момент Сян Лин невольно проследила за взглядом Сю Ли и, увидев гадателя, радостно воскликнула:
— А, это наверняка он! Мисс Сюли! Бамбуковые планки и светло-голубые одежды.
Стоявшая рядом Чуньцзи в недоумении спросила:
— Почему же я его не заметила? Ведь я не раз смотрела в ту сторону.
— Раз нашли, то и славно. Пойдёмте.
Радостная Сян Лин потянула Сю Ли за руку, и той ничего не оставалось, кроме как беспомощно пойти вслед за ней к гадателю.
— Добро пожаловать, сяоцзе.
Поразительный голос. Несмотря на глубокий тембр, он мгновенно таял, словно снежинка. Он погружался в глубины памяти прежде, чем успевал оставить чёткое впечатление, так что даже возраст говорившего невозможно было определить.
Даже когда они подошли вплотную, из-за платка невозможно было разглядеть ничего, кроме уголков его рта.
— Скажите, а сколько стоит гадание?
— На твоё усмотрение. Ты можешь заплатить ту цену, которую сочтёшь достойной, лишь бы она не выходила за рамки твоего бюджета.
С лёгким шорохом гадатель встряхнул бамбуковые планки в руке и посмотрел на нерешительно замершую Сян Лин.
— Тогда начнём с тебя. Присаживайся.
Сян Лин вздрогнула от неожиданности, когда выбрали её, и, обменявшись взглядами с Чуньцзи, кивнула. Хоть она и пришла сюда ради Сю Ли, при мысли о том, что ей могут поведать о Ду Инъюэ, её лицо невольно залилось румянцем.
— Х-хорошо. Прошу вас, начинайте.
Поскольку дело было личным, Сю Ли и Чуньцзи отошли на десять шагов. Из-за шума на большой дороге на таком расстоянии голосов было почти не разобрать. Наблюдая за тем, как внимательно Сян Лин вслушивается в слова, Сю Ли никак не могла избавиться от охватившего её беспокойства. Желание как можно скорее уйти отсюда не покидало её. Словно почуяв её настроение, в углу зрения запрыгал чёрный шар, следовавший за ними от самого поместья.
— Я очень рада, что Сян Лин пришла в себя, — тихо пробормотала Чуньцзи.
Наверное, в глазах Чуньцзи Сян Лин была подобна любимой мэймэй.
— Когда я увидела её впервые, она была похожа на пустую оболочку, лишившуюся души… Даже когда к ней вернулась способность говорить, она почти ничего не ела, словно считала само своё существование грехом.
Хотя Чуньцзи всё время была рядом и всеми силами заботилась о ней, долгое время та оставалась подобна кукле, умеющей лишь проливать слёзы.
Отчаяние из-за потери Ча Юаньсюня и раскаяние за предательство Сю Ли заточили её в темницу бесконечных страданий.
Сян Лин потребовался целый год, чтобы наконец вырваться из этого порочного круга.
— Ду Инъюэ непременно превзойдёт моего дедушку. Я искренне надеюсь, что она обретёт счастье.
— Я тоже. Раз это Ду Инъюэ, то всё обязательно будет хорошо… О, кажется, они закончили.
Сян Лин поднялась со стула. Сю Ли была поражена, увидев её, когда та вернулась к ним.
— Ч-что случилось? Почему ты так побледнела? Неужели гадатель сказал тебе что-то ужасное?
— Нет, ничего такого. Вовсе нет. Чуньцзи-сяоцзе, теперь ваша очередь.
Сян Лин изо всех сил подталкивала Чуньцзи в спину.
— Как же так, Чуньцзи-сяоцзе, вам обязательно нужно сходить! Не обращайте на меня внимания. Идите скорее.
Видя, что Сян Лин наотрез отказывается отвечать, Чуньцзи с крайней неохотой направилась к гадателю.
— О чём же ты его спрашивала, Сян Лин?
— Ни о чём.
— Ни о чём?
— Этот мастер начал гадать ещё до того, как я успела открыть рот —
Собеседник почти пугающе точно описал жизнь Сян Лин до настоящего момента. Даже то, что случилось до того, как её приютил Ча Тайбао — вещи, о которых, казалось, никто не должен был знать. Его плавная речь обладала такой силой, что её невозможно было прервать, поэтому у Сян Лин не было возможности упомянуть о Сю Ли. В самом конце он заговорил и о Ду Инъюэ…
Вспомнив те слова, Сян Лин невольно сжала кулаки.
Вижу, автор темы давно не обновлял записи, поэтому я продолжу немного печатать дальше~
— Неужели только это? — Сян Лин пристально посмотрела на Сю Ли. — Сюли-сяоцзе, для женщины важнее всего характер и очарование.
— Верно, а мужчине полагается быть дельным. Сян Лин, в тебе сочетаются и милый нрав, и прелестная внешность, так что ты само совершенство.
Лицо Сян Лин залил румянец.
— Если бы Сюли-сяоцзе была гунцзы, я бы, не раздумывая, сбежала с тобой.
Сю Ли облегчённо вздохнула, видя, что Сян Лин наконец снова улыбается. Спустя мгновение она заметила, что Чуньцзи поднялась со своего места.
— …Ах, Чуньцзи, похоже, тоже закончила.
Честно говоря, из-за собственной неудачи Сян Лин возлагала все надежды на Чуньцзи. Однако та выглядела неважно: её тело покачивалось, словно она вот-вот упадёт. Сю Ли поспешно бросилась к Чуньцзи. Раз уж два человека подряд столкнулись с чем-то столь странным, оставлять это без внимания было нельзя. Она сердито уставилась на гадателя.
— Ну что ж, вы — последняя, сяоцзе.
Гадатель протянул руку. Казалось, его ничуть не заботил гнев Сю Ли, лишь в уголках губ промелькнуло подобие улыбки. Внезапно чёрные шары, следовавшие за Сю Ли, замерли на месте.
По всему телу пробежала дрожь. Сю Ли стала отступать, разведя руки в стороны, словно защищая двух девушек позади себя.
— Пожалуйста, сядь.
Низкий голос, казалось, отозвался в самых глубинах сознания, отчего мысли Сю Ли на мгновение спутались. Она медленно отходила назад, отчаянно тряся головой, чтобы прогнать нахлынувший дурман. Белоснежная рука гадателя потянулась к Сю Ли. И как раз в тот миг, когда его длинные пальцы, словно в ласке влюблённого, почти коснулись её щеки —
Внезапно налетел яростный порыв ветра, готовый разлучить их. Пока Сю Ли пошатнулась, небо уже полностью затянуло тучами, тёмными, словно разлитая тушь. Секундой позже, без всякого предупреждения, обрушился ливень, подобный водопаду.
Прохожие, застигнутые врасплох внезапной бурей, с криками бросились врассыпную.
Тут было уже не до гаданий. Сян Лин потянула застывшую на месте Сю Ли за рукав и крикнула:
— Сюли-сяоцзе, нам тоже пора поскорее…
В то же мгновение, словно нанося всем последний удар, раздался грохот грома.
— О-о-ох! — всё тело Сю Ли содрогнулось.
Гром, дождь, гром, сильный ветер, ливень, гром, гром, гром…
— А-а-а-а-а! Землетрясение! Гром! Пожар! Де!
— С-Сюли-сяоцзе?
Ошеломлённая до крайности, Сю Ли, издав бессвязный вопль, внезапно сорвалась с места и помчалась прочь. Сян Лин, торопливо схватив за руку всё ещё пошатывающуюся Чуньцзи, бросилась следом. Чёрные шары, не желая отставать, пустились в погоню.
Гадатель лишь пристально смотрел вслед Сю Ли.
— Прости, что доставил хлопот. Линь…
Сю Ли и сама не понимала, как бежала, но когда она пришла в себя, то уже была дома. По словам Сян Лин, Чай Линь, будучи на работе, заметила Сю Ли, которая неслась вперёд, словно разъярённый бык, и поспешно усадила её в свою повозку, чтобы доставить в управу провинции.
Сян Лин и пребывающая в прострации Чуньцзи, кажется, всё ещё были в купальне.
— Эм, ты ведь была посреди работы…
— Ну что вы. Это было личное поручение, к тому же я как раз возвращалась домой, так что не берите в голову.
Несмотря на улыбку, Сю Ли не упустила промелькнувшую на её лице тень.
— Остались какие-то нерешённые вопросы?
— …Ничего особенного, просто кое-какие мысли. Я вот думаю, не стоит ли послать кого-нибудь известить Инь Цзи фу-жэнь, когда Чуньцзи закончит мыться… Эй, ты же простудишься, сядь наконец.
Видя, как Сю Ли с мокрыми волосами суетится, пытаясь принять гостью, Линь поспешно её остановила.
Чай Линь взяла сухое полотенце и принялась вытирать волосы Сю Ли. После этого Сю Ли ничего не оставалось, кроме как послушно сидеть на месте.
(«…Её манера проявлять заботу очень решительная…»)
Чай Линь и впрямь обладала статью, не уступающей мужской, но в то же время была наделена чисто женской чуткостью.
— Кстати говоря, слышала, вы ходили искать гадателя. Если бы я знала об этом раньше, вам стоило просто сказать мне.
— А? Почему?
— Потому что из-за ветров Осеннего праздника в это время число женщин, желающих погадать на любовь, стремительно растёт.
Уловив невысказанный подтекст, Сю Ли удивлённо воскликнула:
— Неужели бывают и подставные гадатели?
— Совершенно верно. Поэтому, если уж гадать, то лучше искать человека с хорошей репутацией. Благодаря торговле у меня обширные связи, и если бы вы предупредили меня заранее, я бы непременно отвела вас в достойное место.
— Ах! Значит, тот гадатель точно был обманщиком! Мне это сразу показалось странным. Только на этот раз я должна быть благодарна грозе. Что за шутки! Если бы пришлось платить после того, как он оставил Сян Лин и Чуньцзи такие неприятные воспоминания, я была бы сущей простофилей!
Глядя на разгневанную Сю Ли, Чай Линь сочувственно спросила её о чём-то. Казалось, она опоздала лишь на самую малость.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
